— Ты что?

— Ты что? Беременна? Нет, я этого не допущу! — закричала свекровь, заметив округлившийся живот, который Карина тщательно скрывала уже шесть месяцев.

— Алла Петровна, это решение никак вас не касается, — стараясь сохранять спокойствие, ответила Карина.

— Ещё как касается! И в первую очередь касается именно меня! — свекровь шагнула ближе, глядя на живот невестки с явной тревогой и неприязнью.

— Мама, прекрати! Я не позволю тебе вмешиваться в нашу семью, — в прихожую вышел Николай, муж Карины. Если бы он знал, что мать собирается прийти, он бы сам открыл дверь и не пустил бы жену… Но было уже поздно — Алла Петровна всё увидела и, не сказав больше ни слова, собралась уходить.

— Бабушка, привет! — радостно выбежала вслед за отцом трёхлетняя Настя, ничего не понимая в происходящем. — Мама, а почему она уходит?

Глаза девочки мгновенно наполнились слезами.

— Это я виновата? Я что-то сделала не так?

— Ты ни в чём не виновата, солнышко. Бабушка просто забыла выключить плиту дома. Пойдём, — мягко сказала Карина, беря дочь за руку. Она и Николай старались сделать вид, что ничего не произошло. Но когда Настю уложили спать, Карина больше не выдержала.

— Твоя мать совсем потеряла рассудок. Я боюсь её. Боюсь за себя… и за нашего будущего сына.

— Карина, ты уверена, что будет мальчик? — тихо спросил Николай.

— Ты что, тоже с ума сошёл? Мы же вместе были у врача! — Карина отпрянула, инстинктивно прикрывая живот.

— Нет, ты не так поняла… Я не верю в то, во что верит мама. Я рад, что у нас будет сын… Просто я был бы рад и девочке. УЗИ ведь не всегда точное… — попытался оправдаться Николай, но его слова прозвучали неубедительно. Карина поспешно вышла из комнаты.

Ей нужно было остаться одной. Присутствие мужа внезапно стало тяготить.

Тем временем Алла Петровна возвращалась домой. Ноги словно не слушались, мысли путались. Ей хотелось верить, что всё это — страшный сон. Как она могла допустить такое? Почему Николай не выполнил её указания — ведь она же просила давать Карине те таблетки?

Зачем вообще этот ребёнок? У них уже есть внучка — Настенька, её свет, её радость. Именно к ней она и шла в тот день, соскучившись, чтобы поиграть, понянчиться… И вдруг — ещё один ребёнок.

Дрожащими руками она достала ключи и открыла дверь. Навстречу ей бросилась её собака, дворняжка Боня.

— Только ты меня понимаешь… только ты меня любишь… — всхлипывала женщина, опускаясь на колени. Слёзы, которые она сдерживала, наконец хлынули. Собака посмотрела на хозяйку и тихо завыла.

«Плохой знак… Надо идти к Галине», — подумала Алла Петровна.

Галина жила на окраине города, в старом деревянном доме.

— Пришла? Говори, что нужно, — произнесла она, глядя прямо в глаза своими тёмными, тяжёлыми глазами.

— Беременна…

— Кто?

— Невестка. Срок уже большой… обычными способами ничего не сделать, — выдохнула Алла Петровна, садясь.

— Сейчас посмотрю, — Галина зажгла свечу, что-то прошептала. — Да… срок большой. Мальчик будет. Сердце бьётся, растёт…

— Что мне делать? — почти умоляюще спросила Алла.

— Жить. От судьбы не уйдёшь. Твоя дорога уже определена, — спокойно ответила знахарка.

— Я не хочу! Я живая, а он… он ещё не человек! — воскликнула женщина. — Помоги мне! Дай что-нибудь… пусть он не появится на свет!

— Хочешь погубить невинную душу? Понимаешь, какой это грех?

— Это всего лишь клетка! Даже не ребёнок! — произнесла Алла, сама пугаясь собственных слов.

— В нём течёт твоя кровь… Он тебе родной внук, Алла. И это ничего не изменит…

— Не учи меня! Я пришла не за нравоучениями! Я плачу не за это! Мне сказали… я верю… Нельзя допустить второго мальчика. Нельзя!

— Что ж, твоя воля. Но грех будет на тебе, — тяжело сказала Галина. Она прошептала что-то, взяла травы, подожгла их и положила в небольшой мешочек. — Вот. Передашь это невестке.

— Она меня даже на порог не пустит!

— Значит, подложишь тайком. В этом я тебе не помощница. А теперь уходи. И больше не возвращайся. Душа у тебя почернела… помочь тебе уже нельзя… Последние слова Галина произнесла уже...