В 2003м я закончила сельскую школу, где не было ста учеников и нормальной физики.

В 2003м я закончила сельскую школу, где не было ста учеников и нормальной физики. Я три раза переписала экзаменационный диктант, чтобы в деревне появилась первая в истории золотая медаль.

В ВУЗ на бюджет, конечно, не поступила. Ну не дотягивали знания до нужного уровня. Хотя родители хорошо потратились на мои подготовительные занятия в городе. Я не оправдала никаких надежд, что меня совершенно не задевало и не расстраивало, потому что этого хотели взрослые, а я не знала, чего хотела.

Зато со свистом проскочила на платное отделение престижного юридического факультета.
Первое, что я почувствовала, окунувшись в студенческую жизнь, это узость моего кругозора. Можно быть сильно умной, но не приспособленной. Я никогда не была за границей, не ела салат в ресторане, понятия не имела о брендах и многих культурных событиях. В моей деревне за 200 км от мегаполиса были другие люди, другие ценности и ориентиры. И тогда мне приходилось очень быстро догонять.

Мне пришлось учиться вести себя в общественных местах, работать, взаимодействовать в самых необычных условиях. Учеба же давалась легко и непринужденно. Гуманитарное образование идеально подошло, развило, не противоречило мне.

Что же дала мне школа? Знания? Очень поверхностные. На истории мы не вели конспектов, а на английском занимались всем, кроме языка. Но школа не мешала выражать себя и давала шанс приспособиться к обстоятельствам.

Осенью нас отправляли на неделю на картошку. Я ходила по колено в грязи от дома и носила резиновые сапоги. Зимой мы сами сочиняли сценарии для праздников и выдумывали развлечения. Бегали вечерами на кружки шитья или вязания, где просто слушали рассказы Татьяны Сергеевны или Ольги Николаевны обо всем подряд. Иногда школьный автобус не мог подняться в гору из-за гололеда, и в классе было 5 человек. Иногда весь урок нам читали лекцию милиционеры, потому что вчера Серега Трофимов напился и устроил дебош. Мы часто оставались в школе просто так, чтобы поболтать и провести время.
Весной все начинали подготовку к соревнованиям, рисовали стенгазеты, учили патриотические песни и сажали картошку, разумеется… Ещё окапывали яблони и мыли парты. На стадионе бежали кросс мимо одуванчиков, ставили палатки в лесу и жгли туристические костры. Летом всей школой шли в лагерь, школьный огород и речку.

В 9м классе Елена Юрьевна похвалила меня за красочное ведение тетради по биологии, которым я от скуки занялась. В 10м мы с Ленкой Немовой решили, что можно сгонять в лагерь от школы, и Ленкина мама достала путевки (потому что она завуч, а мы отличницы). В 11м сами сочиняли целые программы, чтобы лишний раз получить разрешение на дискотеку в школе. Бегали в клуб и организовывали новогодний вечер целой деревне… Нас никто не принуждал, не ругал, не ограничивал. Мы росли во времена, когда взрослым было не до нас. Мы жили все вместе, все друг друга знали и знают.

После ВУЗа и пяти лет в профессии я, роняя тапки, убежала от договоров и судов. И, надеюсь, больше не вернусь. Сегодня моя работа далека от юриспруденции.

Школа научила общаться и находить возможности. ВУЗ расширил горизонты, научил находить и анализировать информацию. И то и то необходимо, но я тот родитель, который оценивает школу не по рейтингам, а по отношениям внутри, по окружению, по настроению детей.
Они уже ходили в большую шумную школу, где каждый шаг - отчет и вопросы родителей, где каждая секция - это бесконечные регистрации в навигаторе, и «нет мест».
Сейчас они учаться в небольшой, но уютной школе, где все друг друга знают, где родители идут на контакт, где администрация очень старается.
И это очень ценно в мире, где сосед соседу руки не подает.

Как сложится их жизнь, чем они захотят заниматься, покажет время. Наша задача и задача школы - дать детям свободу и комфортные условия, в которых они найдут только поддержку и понимание. Все остальное - лишь амбиции взрослых.