29.05.2026 13:23
Как можно наносить урон врагу, если все полимеры уже профуканы?
Как можно наносить урон врагу, если все полимеры уже профуканы?
К началу XV в. от былого величия империи ромеев не осталось и следа. Малая Азия была потеряна ещё в 30-х годах XIV в., а на Балканах Константинополь контролировал территорию вокруг самой столицы и отдельные территории на Балканах. На начало XV в. город стал фактически анклавом в теле Османской империи, более того после 1376 г. императоры платили дань султану в качестве вассалов, что било не только по карману, но и по древнему статусу императора римлян.
Однако не надо думать, что византийцы совсем опустили руки. Денег в казне, действительно, было не особо, армии своей толком не осталось, но остались хорошо наработанные дипломатические технологии. Прежде, империя, даже в невыгодных для себя договорах, позиционировала себя как подателя некой милости. Грубо говоря, это мы не уступили венецианцам, а пожаловали по своей большой щедрости такому-то правителю. С XIII в. византийцы всё чаще используют термины "брат", "друг" при обращении к правителям, прежде же чаще применяли "дитя", "сын".
Османы, по всей логике, должны были с каждым десятилетием представлять всё больший авторитет, однако ситуация было несколько сложнее. В битве при Анкаре 1402 г. Тамерлан разметал османское войско и даже пленил султана Баязида I. Новый султан Сулейман прибыл в Константинополь и умолял императора: «Я буду тебе сыном, будь же и ты моим отцом отныне да не растёт между нами сорная трава, и да не будет интриг, провозгласи лишь меня правителем Фракии». По договору 1403 г. Византия вернула себе города на побережье Черного и Мраморного морей, и Фессалонику с соседним районом. Уплата византийской дани турецкому султану прекратилась.
Дальше начинается настоящая византийская схема! Между сыновьями Баязида началась битва за престол, Сулейман пал, а Мануил II взял на воспитание одного из детей Баязида, Мусу. Это была очень давняя практика: ромеи брали на воспитание и опеку какого-нибудь возможного претендента на престол и потом "засылали" его в другую державу. Даже, если он не побеждал в борьбе, то как минимум мог поспособствовать дестабилизации, так сказать, навести суеты. В общем, византийцы оставались византийцами даже на грани гибели: мастерски устраивали козни в тылу врага.
В трагический для империи 1453 г. в Константинополе сидел Орхан Челеби, один из претендентов на султанский престол. Он пребывал на положении почетного заложника, которого византийцы использовали как своеобразный рычаг давления. За его содержание османы, кстати, должны были платить немалую дань, которую и попытался взыскать Константин XI с молодого, и как императору казалось, неопытного султана Мехмеда II. Было это в 1451 году и, думаю, все вы знаете, как это всё закончилось для ромеев.
Для желающих почитать по-обстоятельнее про принципы поздневизантийской дипломатии прилагаю статью известного византиниста, И.П. Медведева. Статья из "Византийского временника", выпуски которого выкладываются в открытый доступ, так что никаких прав интеллектуальной собственности мы тут не нарушаем.
К началу XV в. от былого величия империи ромеев не осталось и следа. Малая Азия была потеряна ещё в 30-х годах XIV в., а на Балканах Константинополь контролировал территорию вокруг самой столицы и отдельные территории на Балканах. На начало XV в. город стал фактически анклавом в теле Османской империи, более того после 1376 г. императоры платили дань султану в качестве вассалов, что било не только по карману, но и по древнему статусу императора римлян.
Однако не надо думать, что византийцы совсем опустили руки. Денег в казне, действительно, было не особо, армии своей толком не осталось, но остались хорошо наработанные дипломатические технологии. Прежде, империя, даже в невыгодных для себя договорах, позиционировала себя как подателя некой милости. Грубо говоря, это мы не уступили венецианцам, а пожаловали по своей большой щедрости такому-то правителю. С XIII в. византийцы всё чаще используют термины "брат", "друг" при обращении к правителям, прежде же чаще применяли "дитя", "сын".
Османы, по всей логике, должны были с каждым десятилетием представлять всё больший авторитет, однако ситуация было несколько сложнее. В битве при Анкаре 1402 г. Тамерлан разметал османское войско и даже пленил султана Баязида I. Новый султан Сулейман прибыл в Константинополь и умолял императора: «Я буду тебе сыном, будь же и ты моим отцом отныне да не растёт между нами сорная трава, и да не будет интриг, провозгласи лишь меня правителем Фракии». По договору 1403 г. Византия вернула себе города на побережье Черного и Мраморного морей, и Фессалонику с соседним районом. Уплата византийской дани турецкому султану прекратилась.
Дальше начинается настоящая византийская схема! Между сыновьями Баязида началась битва за престол, Сулейман пал, а Мануил II взял на воспитание одного из детей Баязида, Мусу. Это была очень давняя практика: ромеи брали на воспитание и опеку какого-нибудь возможного претендента на престол и потом "засылали" его в другую державу. Даже, если он не побеждал в борьбе, то как минимум мог поспособствовать дестабилизации, так сказать, навести суеты. В общем, византийцы оставались византийцами даже на грани гибели: мастерски устраивали козни в тылу врага.
В трагический для империи 1453 г. в Константинополе сидел Орхан Челеби, один из претендентов на султанский престол. Он пребывал на положении почетного заложника, которого византийцы использовали как своеобразный рычаг давления. За его содержание османы, кстати, должны были платить немалую дань, которую и попытался взыскать Константин XI с молодого, и как императору казалось, неопытного султана Мехмеда II. Было это в 1451 году и, думаю, все вы знаете, как это всё закончилось для ромеев.
Для желающих почитать по-обстоятельнее про принципы поздневизантийской дипломатии прилагаю статью известного византиниста, И.П. Медведева. Статья из "Византийского временника", выпуски которого выкладываются в открытый доступ, так что никаких прав интеллектуальной собственности мы тут не нарушаем.