Четыре года назад сын уехал учиться в другой город, и с тех пор его звонки нам стали огромной редкостью.

Четыре года назад сын уехал учиться в другой город, и с тех пор его звонки нам стали огромной редкостью. О бабушке он вообще забыл. С середины октября всего один раз приехал к ней в гости сам и ещё один раз присылал своих друзей ей помочь, несмотря на то, что сейчас он не учится из-за болезни, и поэтому вернулся на некоторое время к нам.
Мне кажется, что он ненавидит родную бабушку. Может обозвать её старой, вонючей, психически больной, алкоголичкой.
Воспитывала сына по большому она, потому что мы с его отцом работали. Баловала его больше других внуков. Он рос в тепличных условиях, под ее гиперопекой, я это признаю. Она ограничивала его свободу во всем: никаких ночевок у друзей, прогулок допоздна, ночных клубов и дискотек. Только помощь ей в стирке, уборке, готовке. Мне казалось, что это правильно. Теперь с младшим я поступаю совершенно иначе и не даю его бабушке. Мы его очень любим и балуем всей семьей.
Старший у меня всегда был черствый и скупой на эмоции. Когда ему было 12 лет, произошел развод с его отцом, с которым мы остались друзьями. Но, разумеется, для ребенка это был непростой период, хотя он и не показывал этого. Я тогда тоже не придала этому должного значения, решив, что раз он хорошо отреагировал, то все в порядке. Позже у меня родилась дочь от нового мужа, и сыну стали доставаться ещё меньше внимания. Недавно я спросила его, чувствовал ли он обиду или, наоборот, облегчение от ослабления контроля. Он ответил, что второе.
В девятом классе учитель рассказала мне, что он единственный, кто не смог ответить на вопрос: «За что вы гордитесь своими родителями?». Он сказал: «Не горжусь». Хотя до декрета я многого добилась в своей профессии и была востребована. Он знал об этом. Я расплакалась. Когда наша кошка Мурочка упала с балкона и разбилась, он единственный из всех детей воспринял это спокойно, хотя казалось бы, именно он проводил с ней больше всего времени.