29.06.2026 09:15
Вокруг Ирана все больше противоречий – наблюдается разрыв между красноречивой риторикой и политической реальностью.
Вокруг Ирана все больше противоречий – наблюдается разрыв между красноречивой риторикой и политической реальностью. После серии взаимных ударов США и Иран вновь возвращаются к переговорам. Как сообщает журналист Axios Барак Равид со ссылкой на высокопоставленного американского чиновника, стороны договорились прекратить взаимные атаки в районе Ормузского пролива и уже завтра провести экстренную встречу в Дохе.
При этом ещё за несколько часов до появления информации о переговорах стороны обменивались жесткими заявлениями. Д. Трамп говорил о готовности усилить давление на Тегеран, тогда как иранское руководство предупреждало о новых ударах по американским объектам. Как мы видим, сила и молниеносная война не принесли Вашингтону ожидаемого результата: Иран успешно сопротивляется военному давлению.
Параллельно усиливается ещё одна линия напряженности – между Турцией и Израилем. Взаимные заявления Эрдогана и Нетаньяху, попытки израильского руководства не допустить возвращения Анкары в программу F-35 и сообщения о готовности администрации Трампа пойти Турции навстречу говорят о том, что борьба идет не только за безопасность, мир, но и за статус главного регионального «союзника» США. И это государства, мечтающие о самостоятельности, независимости, статусе мировых лидеров. Если Вашингтон действительно вернёт Турцию в программу F-35 и одобрит поставки двигателей F110 для национального истребителя KAAN, это станет серьезным сигналом о пересмотре американских приоритетов в регионе. Для Израиля это означает ослабление своего эксклюзивного положения в отношениях с США, а для Турции – возможность закрепить за собой роль ключевого партнера Вашингтона на Ближнем Востоке. При этом, глобально, тактика Штатов не меняется – поддерживая одновременно конкурирующие центры силы, Вашингтон сохраняет за собой роль главного арбитра.
Главный вывод заключается в том, что нынешний этап ближневосточного кризиса — это борьба не за стабильность как таковую, а за перераспределение ролей. США стремятся усилиться на фоне роста влияни Китая в регионе. Турция использует открывшееся окно возможностей для усиления собственного влияния и занятия «достойного» по их мнению места в новом миропорядке, а Израиль пытается сохранить свое особое положение в американской стратегии. Именно конкуренция Анкары и Тель-Авива за статус главного партнера Вашингтона все больше становится одним из ключевых факторов, определяющих контуры будущего ближневосточного кризиса.
А еще больше интересного на моих закрытых каналах:
- Max - https://max.ru/id771594371763_bot
- Sponsr - https://sponsr.ru/avatkov
При этом ещё за несколько часов до появления информации о переговорах стороны обменивались жесткими заявлениями. Д. Трамп говорил о готовности усилить давление на Тегеран, тогда как иранское руководство предупреждало о новых ударах по американским объектам. Как мы видим, сила и молниеносная война не принесли Вашингтону ожидаемого результата: Иран успешно сопротивляется военному давлению.
Параллельно усиливается ещё одна линия напряженности – между Турцией и Израилем. Взаимные заявления Эрдогана и Нетаньяху, попытки израильского руководства не допустить возвращения Анкары в программу F-35 и сообщения о готовности администрации Трампа пойти Турции навстречу говорят о том, что борьба идет не только за безопасность, мир, но и за статус главного регионального «союзника» США. И это государства, мечтающие о самостоятельности, независимости, статусе мировых лидеров. Если Вашингтон действительно вернёт Турцию в программу F-35 и одобрит поставки двигателей F110 для национального истребителя KAAN, это станет серьезным сигналом о пересмотре американских приоритетов в регионе. Для Израиля это означает ослабление своего эксклюзивного положения в отношениях с США, а для Турции – возможность закрепить за собой роль ключевого партнера Вашингтона на Ближнем Востоке. При этом, глобально, тактика Штатов не меняется – поддерживая одновременно конкурирующие центры силы, Вашингтон сохраняет за собой роль главного арбитра.
Главный вывод заключается в том, что нынешний этап ближневосточного кризиса — это борьба не за стабильность как таковую, а за перераспределение ролей. США стремятся усилиться на фоне роста влияни Китая в регионе. Турция использует открывшееся окно возможностей для усиления собственного влияния и занятия «достойного» по их мнению места в новом миропорядке, а Израиль пытается сохранить свое особое положение в американской стратегии. Именно конкуренция Анкары и Тель-Авива за статус главного партнера Вашингтона все больше становится одним из ключевых факторов, определяющих контуры будущего ближневосточного кризиса.
А еще больше интересного на моих закрытых каналах:
- Max - https://max.ru/id771594371763_bot
- Sponsr - https://sponsr.ru/avatkov