07.07.2026 18:40
Группа из Университета Миннесоты собрала функциональное подобие живой клетки из набора небиогенных химикатов, щепотки ферментов и обрывков ДНК — и, ка…
Группа из Университета Миннесоты собрала функциональное подобие живой клетки из набора небиогенных химикатов, щепотки ферментов и обрывков ДНК — и, кажется, впервые в истории заставила эту химическую самоделку вести себя как настоящий организм.
Творение команды Кейт Адамалы и Аарона Энгельхарта носит гордое имя SpudCell (что примерно переводится как «картофелина»). Под микроскопом это и правда выглядит невзрачно — «ну да, клякса», признаёт создательница. Но эта клякса растёт, копирует свою ДНК, «питается», делится и даже демонстрирует зачатки естественного отбора.
Самое дерзкое здесь — геном. Он умещается всего в 90 000 пар оснований, что примерно в 50 раз меньше, чем у самых маленьких бактерий, это ниже теоретического минимума в 113 000, который биологи считали нижней планкой для жизни.
Чтобы упростить себе жизнь, авторы разбили этот геном не на одну хромосому, а на семь отдельных плазмид — этакий модульный конструктор, где каждую функцию можно перепрограммировать по отдельности.
Питается SpudCell тоже изобретательно: он выставляет на поверхности мембраны молекулярные «крючки», к которым прилипают мелкие пузырьки-«кормушки» с ферментами и рибосомами, после чего сливается с ними и таким образом «обедает» по собственной генетической команде.
Но по-настоящему элегантен трюк с делением. Обычные клетки для этого используют цитоскелет — сложную белковую арматуру, воссоздать которую с нуля синтетические биологи так и не смогли, и именно об это годами спотыкалось всё направление.
Адамала просто выбросила цитоскелет за борт: её белки скучиваются на поверхности мембраны до тех пор, пока механическое напряжение буквально не разрывает пузырёк надвое. «Тупее не придумаешь», — с удовольствием комментирует сама исследовательница, и в этой простоте, пожалуй, и заключается вся красота.
Понятно, что называть это «жизнью» пока рано, и авторы честно об этом предупреждают. Деление настолько неэффективно, что для пяти поколений клетки приходилось механически продавливать через мембрану с дырочками, и после этих упражнений полный набор из семи плазмид сохраняли лишь около 30% «дочек».
Рибосомы SpudCell делать не умеет и постепенно их изнашивает, а «эволюцию» пришлось имитировать вручную — полезную мутацию, ускоряющую питание, в клетки внедрили сами исследователи, после чего мутанты предсказуемо вытеснили сородичей.
Сама Адамала сравнивает результат с первым самолётом братьев Райт. Не «Боинг», а пока что «велосипедная рама с крыльями, которая пролетела сто футов». Но, вероятно, примерно с таких вот неуклюжих конструкций и начинались первые шаги жизни на нашей планете.
Источник: препринт на bioRxiv «A Chemically Defined Synthetic Cell Capable of Growth and Replication» (Gaut et al., DOI 10.64898/2026.07.01.735724) www.biorxiv.org/content/10...
Примечание. Стоит отметить: работа ещё не прошла рецензирование, а способ её обнародования — рассылка 190-страничной рукописи журналистам ещё до выкладки препринта — вызвал у части коллег скепсис, так что к громким формулировкам разумно будет отнестись с осторожностью.
Творение команды Кейт Адамалы и Аарона Энгельхарта носит гордое имя SpudCell (что примерно переводится как «картофелина»). Под микроскопом это и правда выглядит невзрачно — «ну да, клякса», признаёт создательница. Но эта клякса растёт, копирует свою ДНК, «питается», делится и даже демонстрирует зачатки естественного отбора.
Самое дерзкое здесь — геном. Он умещается всего в 90 000 пар оснований, что примерно в 50 раз меньше, чем у самых маленьких бактерий, это ниже теоретического минимума в 113 000, который биологи считали нижней планкой для жизни.
Чтобы упростить себе жизнь, авторы разбили этот геном не на одну хромосому, а на семь отдельных плазмид — этакий модульный конструктор, где каждую функцию можно перепрограммировать по отдельности.
Питается SpudCell тоже изобретательно: он выставляет на поверхности мембраны молекулярные «крючки», к которым прилипают мелкие пузырьки-«кормушки» с ферментами и рибосомами, после чего сливается с ними и таким образом «обедает» по собственной генетической команде.
Но по-настоящему элегантен трюк с делением. Обычные клетки для этого используют цитоскелет — сложную белковую арматуру, воссоздать которую с нуля синтетические биологи так и не смогли, и именно об это годами спотыкалось всё направление.
Адамала просто выбросила цитоскелет за борт: её белки скучиваются на поверхности мембраны до тех пор, пока механическое напряжение буквально не разрывает пузырёк надвое. «Тупее не придумаешь», — с удовольствием комментирует сама исследовательница, и в этой простоте, пожалуй, и заключается вся красота.
Понятно, что называть это «жизнью» пока рано, и авторы честно об этом предупреждают. Деление настолько неэффективно, что для пяти поколений клетки приходилось механически продавливать через мембрану с дырочками, и после этих упражнений полный набор из семи плазмид сохраняли лишь около 30% «дочек».
Рибосомы SpudCell делать не умеет и постепенно их изнашивает, а «эволюцию» пришлось имитировать вручную — полезную мутацию, ускоряющую питание, в клетки внедрили сами исследователи, после чего мутанты предсказуемо вытеснили сородичей.
Сама Адамала сравнивает результат с первым самолётом братьев Райт. Не «Боинг», а пока что «велосипедная рама с крыльями, которая пролетела сто футов». Но, вероятно, примерно с таких вот неуклюжих конструкций и начинались первые шаги жизни на нашей планете.
Источник: препринт на bioRxiv «A Chemically Defined Synthetic Cell Capable of Growth and Replication» (Gaut et al., DOI 10.64898/2026.07.01.735724) www.biorxiv.org/content/10...
Примечание. Стоит отметить: работа ещё не прошла рецензирование, а способ её обнародования — рассылка 190-страничной рукописи журналистам ещё до выкладки препринта — вызвал у части коллег скепсис, так что к громким формулировкам разумно будет отнестись с осторожностью.