03.08.2026 12:48
Математики из Сколково построили модель старения, основанную исключительно на накоплении мутаций.
Математики из Сколково построили модель старения, основанную исключительно на накоплении мутаций. И что же? Выяснилось, что в идеальных условиях (если бы не досадные болезни, несчастные случаи и собственные глупости) среднестатистический Homo sapiens мог бы доживать до 146–194 лет.
Но и это так, разминка. Теоретический же потолок, по новым расчетам, — аж 627 лет. Закрыли глаза, вообразили картину: вы отмечаете шестисотлетие, а внуки (уже пятидесятые) дарят вам новые ходунки с антигравитацией.
Однако разработчики модели тут же добавляют в эту оптимистически звучащую историю изрядную ложку дегтя. Дело в том, что мутации — не главный двигатель смерти, они лишь создают критическую массу ошибок. Поэтому чтобы жить 600 лет, придется планомерно отключать не только возраст-зависимые болезни, но и механизмы накопления лежащих в их основе генетических ошибок.
То есть мы почти бессмертны, но наш собственный организм — саботажник, который систематически подсовывает нам бракованные копии ДНК. Проблема здесь в том, что даже если мы когда-нибудь научимся чинить каждую такую поломку (например, с помощью нанороботов), нам все равно придется менять мозг каждые сто лет, иначе мы просто забудем, зачем нам столько жить.
А пока все, что нам светит — это с опаской посматривать на календарь и думать: 627 лет — это не срок, а приговор сидеть на диете и делать зарядку до самого 2500 года.
При этом модель напоминает, что такой «марафон» возможен лишь для ОЧЕНЬ редких счастливчиков, тогда как большинству даже в идеальном мире без рака и деменции уготован финиш где-то между полутора и двумя веками.
Оригинальное исследование опубликовано в журнале NPJ Aging (издательство Nature Portfolio).
Публикация: DOI: 10.1038/s41514-026-00421-6
Но и это так, разминка. Теоретический же потолок, по новым расчетам, — аж 627 лет. Закрыли глаза, вообразили картину: вы отмечаете шестисотлетие, а внуки (уже пятидесятые) дарят вам новые ходунки с антигравитацией.
Однако разработчики модели тут же добавляют в эту оптимистически звучащую историю изрядную ложку дегтя. Дело в том, что мутации — не главный двигатель смерти, они лишь создают критическую массу ошибок. Поэтому чтобы жить 600 лет, придется планомерно отключать не только возраст-зависимые болезни, но и механизмы накопления лежащих в их основе генетических ошибок.
То есть мы почти бессмертны, но наш собственный организм — саботажник, который систематически подсовывает нам бракованные копии ДНК. Проблема здесь в том, что даже если мы когда-нибудь научимся чинить каждую такую поломку (например, с помощью нанороботов), нам все равно придется менять мозг каждые сто лет, иначе мы просто забудем, зачем нам столько жить.
А пока все, что нам светит — это с опаской посматривать на календарь и думать: 627 лет — это не срок, а приговор сидеть на диете и делать зарядку до самого 2500 года.
При этом модель напоминает, что такой «марафон» возможен лишь для ОЧЕНЬ редких счастливчиков, тогда как большинству даже в идеальном мире без рака и деменции уготован финиш где-то между полутора и двумя веками.
Оригинальное исследование опубликовано в журнале NPJ Aging (издательство Nature Portfolio).
Публикация: DOI: 10.1038/s41514-026-00421-6