На волнах паблика «Биология» (еще один) пост, где мы на пальцах объясняем уважаемым подписчикам процессы, которые приводят к возникновению опухоли.

На волнах паблика «Биология» (еще один) пост, где мы на пальцах объясняем уважаемым подписчикам процессы, которые приводят к возникновению опухоли.

Чтобы уяснить это, придется чуть влезть в вопросы молекулярной биологии. Но будет, обещаем, нестрашно.

Итак, внутри каждой клетки вашего организма работает белок-инспектор, который параноидально проверяет каждую генетическую инструкцию на предмет опечаток. Стоит ему заметить ошибку в ДНК — летит команда на самоуничтожение поврежденной клетки.

Речь идет о крайне важном белке p53. По сути, это главный внутренний контролёр против рака. Он в совершенстве владеет искусством запуска клеточного [росскомнадзор] (апоптоза, если по-научному). Благодаря такой контрольной функции, вшитой в каждого члена клеточного общества, клетка с поврежденными «мозгами» (ДНК в ядре) покорно складывает лапки еще задолго до того как успеет натворить бед.

При этом понятно, что p53 — это такой же точно белок, как и все остальные в клетке. Он производится по инструкции из гена (участка ДНК в клеточном ядре) под названием TP53. Этот белок работает как центральный элемент внутренней системы контроля.

Он обнаруживает повреждения ДНК, останавливают рабочий процесс, чтобы дать время на исправление, а если исправить нельзя — запускают программу самоуничтожения всей системы через гены-исполнители вроде PUMA, BAX и NOXA, которые и доводят клетку до тихого очень интеллигентного конца. Клетка организованно саморазбирается, оставляя фрагменты себя как аккуратно упакованные поминальные подарочки для соседей — процедура называется, напоминаем, «апоптоз»*.

* Ji X., Lu Y., Xu Z., Li J., Wang X. Targeting p53 pathways: mechanisms, structures, and advances in therapy // Signal Transduction and Targeted Therapy. — 2023. — Vol. 8, No 1. — Art. 92. — DOI: 10.1038/s41392-023-01336-0.

Только вот незадача. Мутации по определению штука рандомная, то есть они стреляют в наудачу выбранные участки ДНК. И если случается редкая невезуха — если мутация умудряется вырубить самого p53 — тогда всё в этой стройной системе идёт по звезде.

С поврежденным геном TP53 нутриклеточный контроль потерян. Оставшаяся без тормозов клетка
а) перестаёт слышать приказы иммунной системы («умри, умри»),
б) принимается плодиться как бешеный кролик и
в) передаёт по наследству — дочкам, внучкам, правнучкам — ту же точно освобождающую от «гнета системы» мутацию (а по факту — полное безразличие к общественному благу).

Дальше эта шайка-лейка уже не слушается абсолютно никого. Разбредается по всему организму, растёт где попало, жрёт ресурсы соседей, ведёт себя так, будто это уже не члены общества, а одиночные одноклеточные животные типа амеб. Короче, окончательно дичают. При этом иммунитет продолжает считать их условно «своими», просто молодыми и типа ещё незрелыми клетками, которые «потом повзрослеют и образумятся».

Мутации в гене TP53 встречаются примерно в половине всех случаев рака у людей — это ген, который ломается чаще всех остальных таких «контрольных генов» в раковых клетках. Когда p53 сломан, клетка не только теряет способность к апоптозу, но и может приобретать новые онкогенные свойства, подстёгивая рост опухоли и её устойчивость к терапии**. Это по сути уже не зависящий от организма (поведенчески) элемент. Дикая клетка. На которую при этом продолжают действовать законы эволюции, адаптируя ее к лечению (химотерапия, лучевая терапия).

**Patel N., Kaur J., Singh S. Understanding the complexity of p53 in a new era of tumor suppression // Cancer Cell. — 2024. — Vol. 42, No 5. — P. 789–809. — DOI: 10.1016/j.ccell.2024.03.006.

Молекулярные биологи с онкологами 24/7 бьются над этой проблемой. Думают, как вернуть битый p53 обратно в строй или как заставить иммунитет «видеть» опухоль. И у них есть множество успехов на этом поле. О которых мы, кстати, периодически вас информируем.