Родители Вики считали, что она могла выбрать мужчину «перспективнее».

Родители Вики считали, что она могла выбрать мужчину «перспективнее». Денис работал сварщиком и не собирался это менять — пока отец не предложил им квартиру в обмен на одно решение
Когда Вика впервые привела Дениса к родителям, никто не был с ним груб. Мать расспрашивала о работе, отец наливал вино, старший брат Роман рассказывал про новый проект семейной строительной компании. Только позже, уже в машине, Вика призналась, что отец спросил о Денисе одну вещь: неужели он действительно собирается всю жизнь работать сварщиком.
Сам Денис к этому отнёсся спокойно. Ему был тридцать один год, после колледжа он почти десять лет работал на предприятии, где собирали металлоконструкции. За это время успел получить хороший разряд, научился работать со сложными заказами и теперь иногда помогал молодым после училища, когда те впервые выходили в цех.
Нельзя было сказать, что он с детства мечтал именно о сварке. В семнадцать лет профессию выбрал довольно прозаично: рядом был колледж, дома денег не хватало, хотелось быстрее начать зарабатывать. Но потом оказалось, что он хорошо чувствует металл, умеет работать точно и спокойно и любит момент, когда из отдельных деталей получается вещь, которая потом будет стоять десятилетиями.
Несколько лет назад ему предлагали стать бригадиром. Денис попробовал и через три месяца попросился обратно. Ему не нравилось проводить половину смены между журналами, звонками и спорами о людях, чью работу он сам уже почти не делал. Он не считал руководство плохой работой. Просто понял, что пока не хочет заниматься ею сам.
Родителям Вики эта логика казалась странной.
Они оба когда-то начинали довольно скромно. Геннадий Борисович в молодости работал мастером на стройке, потом открыл небольшую фирму и за двадцать лет превратил её в серьёзный бизнес. Поэтому к рабочей профессии он относился не с презрением, а скорее как к этапу, который взрослый мужчина должен однажды перерасти.
— Я сам когда-то весь день в грязных ботинках ходил, — говорил он дочери. — Именно поэтому и не понимаю, зачем человеку добровольно там оставаться.
Вика иногда и сама задумывалась об этом. Денис хорошо зарабатывал, но работа была физически тяжёлой, смены начинались рано, зимой в цехе бывало холодно. У Романа в те же тридцать с небольшим был кабинет, служебная машина и должность директора по развитию.
Иногда сравнение возникало само.
Только потом Вика замечала детали, которые в него не помещались. Денис никогда не просил у неё денег до зарплаты. Сам оплачивал аренду своей половины квартиры, откладывал каждый месяц и заранее говорил, если дополнительную смену брать не собирается. У Романа при высокой зарплате регулярно случались «временные кассовые разрывы», которые закрывал отец.
Никто не считал это чем-то важным. В обеспеченной семье помощь взрослым детям давно стала частью обычной жизни.
За два месяца до свадьбы Геннадий Борисович пригласил Вику и Дениса к себе.
На столе лежали документы на двухкомнатную квартиру в новом районе.
Отец сказал, что хочет отдать жильё молодым. И почти сразу добавил, что для Дениса у него тоже есть предложение: перейти в семейную компанию помощником начальника производственного отдела. Зарплата была почти вдвое выше заводской.
Вика посмотрела на Дениса и впервые увидела, что тот действительно растерялся.
Квартира решала бы почти все их проблемы.
Ипотеку можно было не брать.
На свадьбу — не занимать.
Через несколько лет спокойно подумать о ребёнке.
Денис спросил, чем конкретно ему придётся заниматься.
Геннадий Борисович ответил, что разберётся по ходу дела. Главное — выйти из цеха и начать расти.
Тогда Денис задал ещё один вопрос:
— А если через полгода выяснится, что я для этой должности не подхожу?
Отец Вики усмехнулся:
— Не выяснится. Ты теперь почти семья.
И вот после этих слов Денис попросил несколько дней на раздумья.