ТРОЕ ПАРНЕЙ СОВЕРШИЛИ С ТИХОЙ ОДНОКЛАССНИЦЕЙ НЕПОПРАВИМОЕ… СПУСТЯ 10 ЛЕТ ПРОШЛОЕ ВЕРНУЛОСЬ ЗА НИМИ Бледно-жёлтый тополи

ТРОЕ ПАРНЕЙ СОВЕРШИЛИ С ТИХОЙ ОДНОКЛАССНИЦЕЙ НЕПОПРАВИМОЕ… СПУСТЯ 10 ЛЕТ ПРОШЛОЕ ВЕРНУЛОСЬ ЗА НИМИ

Бледно-жёлтый тополиный пух кружился в воздухе июньского дня, когда Семён Иволгин, возвращаясь с работы, остановился у почтовых ящиков.

Среди рекламных листовок лежал плотный конверт без марки и обратного адреса.

Семён вскрыл его дома.

Внутри лежала старая выцветшая фотография.

Школьный выпускной. Май 1998 года.

Семён узнал снимок мгновенно: актовый зал, воздушные шары, девушки в платьях, парни в первых взрослых костюмах.

Но кто-то жирным чёрным маркером перечеркнул три лица:

Виктора Гореева.
Родиона Пенькова.
И его — Семёна Иволгина.

Фотография выскользнула из рук.

Десять лет он убеждал себя, что всё осталось там — в мае 1998-го, в заброшенном пионерском лагере «Орлёнок».

Но прошлое не исчезло.

Семён перевернул фотографию.

«ПЕРВЫЙ УЖЕ ПОЛУЧИЛ СВОЁ.
ТЫ СЛЕДУЮЩИЙ».

У него подкосились ноги.

Перед глазами возникла Лариса Снегирёва.

Тихая девочка из их класса, которая всегда ходила вдоль стены, прижимая к груди старый портфель.

Над ней издевались почти все школьные годы. Особенно Виктор.

— Эй, Снегирёва! Ты на выпускной тоже в этом обносе придёшь?

Лариса молчала и шла дальше.

Семён сам её почти не трогал. Но никогда и не защищал.

За несколько дней до выпускного Виктор подозвал его и Родиона за школьной котельной.

— У меня есть идея, как проучить Снегирёву.

Чем дольше он рассказывал, тем сильнее Семёну становилось не по себе.

— Это уже перебор, — пробормотал он.

Виктор усмехнулся:

— А ты что, влюбился в неё?

Родион заржал.

Семён промолчал. В восемнадцать лет он до смерти боялся самому стать объектом насмешек.

На следующий день он увидел Ларису во дворе. Она сидела одна и рисовала в тетради эскиз красивого платья.

— Красиво рисуешь, — сказал Семён.

Лариса захлопнула тетрадь.

— Иди к своим друзьям.

Она ушла.

Семён хотел догнать её. Предупредить. Сказать, чтобы после выпускного она никуда с Виктором не ехала.

Но остановился.

Об этом решении он будет жалеть всю жизнь.

Через три дня был выпускной.

Когда Лариса вошла в актовый зал, её сначала никто не узнал. На ней было чёрное платье с открытыми плечами, которое она сшила сама.

Даже школьные красавицы замолчали.

К ней подошёл Виктор.

— Я хотел извиниться.

— За что?

— За всё. Школа закончилась. Чего нам теперь враждовать? Мы после выпускного хотим посидеть на природе. Музыка, шашлыки… Поехали с нами.

Лариса посмотрела на Виктора, потом на Родиона.

А затем — на Семёна.

Будто ждала ответа именно от него.

Он мог покачать головой. Мог сказать всего два слова:

«Не езжай».

Но отвёл глаза.

— Хорошо, — тихо сказала Лариса. — Только ненадолго.

Через несколько часов старенький «Москвич» Виктора свернул с трассы на разбитую лесную дорогу.

Впереди показались полуразрушенные корпуса заброшенного «Орлёнка».

— Здесь никого нет? — насторожилась Лариса.

Виктор посмотрел на неё через зеркало.

— В этом весь смысл.

У Семёна задрожали руки.

Примерно через час Лариса поняла, зачем на самом деле трое парней привезли её сюда.

Она бросилась бежать.

И тогда произошло то, чего не планировал даже Виктор.

Лариса неслась через тёмную территорию лагеря, почти ничего не видя перед собой.

Вдруг раздался крик.

Потом — глухой удар.

Все трое замерли.

— Что это было?.. — прошептал Родион.

Они бросились следом.

Лариса лежала возле старого бетонного фундамента.

Неподвижно.

— Лариса! — выдохнул Семён.

Ответа не было.

Виктор первым подбежал к ней и наклонился.

Несколько секунд он молчал.

А затем нагнулся и медленно…