25.07.2026 08:36
81 оттенок серого На прошлой неделе я открыл шкаф и посчитал: восемь вещей из десяти — чёрные или белые. Моя машина б
81 оттенок серого
На прошлой неделе я открыл шкаф и посчитал: восемь вещей из десяти — чёрные или белые.
Моя машина белая.
Телефон чёрный.
Я всегда думал, что это мой вкус, а оказалось — статистика.
Британский Science Museum Group прогнал через машинное обучение больше семи тысяч фотографий бытовых предметов за последние 200 лет: часы, телефоны, лампы, камеры.
Наши вещи стали серее и квадратнее. Тёплые коричневые и жёлтые оттенки посыпались на рубеже XIX и XX веков, а окончательное посерение началось в конце восьмидесятых. Сами исследователи называют выводы предварительными, но направление считывается однозначно.
С автомобилями всё ещё жёстче.
По свежему отчёту Axalta (крупнейшего производителя автоэмалей) белый, чёрный, серый и серебристый занимают 81% мирового рынка. В Европе лидируют серые автомобили — 26%. Мы с вами паркуемся в чёрно-белом кино.
И самое неприятное, что за этим нет никакой эстетики.
Нейтральный цвет дешевле в производстве, проще в логистике, безопаснее в продаже. Девелоперу выгоднее сдать дом в оттенках бетона, дилеру — привезти партию серых кроссоверов, которая точно не зависнет на складе.
То, что мы называем хорошим вкусом, всё чаще оказывается управлением рисками.
Но вот что интереснее.
Яркие цвета никуда не исчезли — он переехали в экран.
Ровно в те же годы, когда вещи вокруг нас становились монохромными, цифровая среда сходила с ума от насыщенности: вырвиглазные OLED-мониторы, перенасыщенные фильтры, неоновые интерфейсы, кислотные картинки нейросетей. Мы просто перенесли цвет туда, где он ничего не стоит и ни к чему не обязывает.
Цветную рубашку придётся носить весь день и потратить энергию, чтобы подобрать уместные брюки в тон. Цветной фон в сторис живёт восемь секунд до следующего свайпа.
Этот текст я набираю на чёрном макбуке в тёмной теме телеграма, сидя в белой футболке и чёрных шортах.
Мы не выбрали чёрный.
Мы отказались выбирать.
На прошлой неделе я открыл шкаф и посчитал: восемь вещей из десяти — чёрные или белые.
Моя машина белая.
Телефон чёрный.
Я всегда думал, что это мой вкус, а оказалось — статистика.
Британский Science Museum Group прогнал через машинное обучение больше семи тысяч фотографий бытовых предметов за последние 200 лет: часы, телефоны, лампы, камеры.
Наши вещи стали серее и квадратнее. Тёплые коричневые и жёлтые оттенки посыпались на рубеже XIX и XX веков, а окончательное посерение началось в конце восьмидесятых. Сами исследователи называют выводы предварительными, но направление считывается однозначно.
С автомобилями всё ещё жёстче.
По свежему отчёту Axalta (крупнейшего производителя автоэмалей) белый, чёрный, серый и серебристый занимают 81% мирового рынка. В Европе лидируют серые автомобили — 26%. Мы с вами паркуемся в чёрно-белом кино.
И самое неприятное, что за этим нет никакой эстетики.
Нейтральный цвет дешевле в производстве, проще в логистике, безопаснее в продаже. Девелоперу выгоднее сдать дом в оттенках бетона, дилеру — привезти партию серых кроссоверов, которая точно не зависнет на складе.
То, что мы называем хорошим вкусом, всё чаще оказывается управлением рисками.
Но вот что интереснее.
Яркие цвета никуда не исчезли — он переехали в экран.
Ровно в те же годы, когда вещи вокруг нас становились монохромными, цифровая среда сходила с ума от насыщенности: вырвиглазные OLED-мониторы, перенасыщенные фильтры, неоновые интерфейсы, кислотные картинки нейросетей. Мы просто перенесли цвет туда, где он ничего не стоит и ни к чему не обязывает.
Цветную рубашку придётся носить весь день и потратить энергию, чтобы подобрать уместные брюки в тон. Цветной фон в сторис живёт восемь секунд до следующего свайпа.
Этот текст я набираю на чёрном макбуке в тёмной теме телеграма, сидя в белой футболке и чёрных шортах.
Мы не выбрали чёрный.
Мы отказались выбирать.