23.05.2026 09:25
Часто партнёр, который удаляется или дистанцируется в разгар ссоры, оценивается как избегающий.
Часто партнёр, который удаляется или дистанцируется в разгар ссоры, оценивается как избегающий. Однако, прежде чем сразу навешивать ярлыки на наблюдаемое поведение, важно понять его функцию, т.е. для чего человек это делает.
Например, почему во время конфликта партнёр вдруг быстро собирается и уходит из дома, отключив или «забыв» телефон? С какой целью он исчезает на несколько дней, не отвечая на звонки и сообщения? Чего он добивается, запираясь один в комнате и прогоняя партнёра? Или когда, насупившись, ходит гоголем, не внемля просьбам и мольбам грешников? Или же когда демонстрирует железную, обжигающую холодность, когда другой «оступился» или находится на острие чувств?
Действительно ли таким образом он избегает своих невыносимых чувств и потребностей? Или мотивация его поведения несколько иная?
Часто это поведение обусловлено не столько необходимостью подавить свои переживания, сколько стремлением наказать, проучить партнёра и через преувеличение своих страданий внушить ему вину и плохость. И если тот осознает, какая он свинья, то, возможно, изменится и будет вести себя хорошо. А именно – так как мне нужно, как я ему это определяю и предписываю. Или хочешь, чтобы я снова на три дня заперся, неделю не общался, пропал без вести? Понятно, что тогда речь вовсе не об избегании, а о гиперкомпенсации – о нарциссической концентрации на своих эмоциях и желаниях в сочетании со стремлением управлять партнёром без особого учёта его переживаний.
Сергей Крайнюков
Например, почему во время конфликта партнёр вдруг быстро собирается и уходит из дома, отключив или «забыв» телефон? С какой целью он исчезает на несколько дней, не отвечая на звонки и сообщения? Чего он добивается, запираясь один в комнате и прогоняя партнёра? Или когда, насупившись, ходит гоголем, не внемля просьбам и мольбам грешников? Или же когда демонстрирует железную, обжигающую холодность, когда другой «оступился» или находится на острие чувств?
Действительно ли таким образом он избегает своих невыносимых чувств и потребностей? Или мотивация его поведения несколько иная?
Часто это поведение обусловлено не столько необходимостью подавить свои переживания, сколько стремлением наказать, проучить партнёра и через преувеличение своих страданий внушить ему вину и плохость. И если тот осознает, какая он свинья, то, возможно, изменится и будет вести себя хорошо. А именно – так как мне нужно, как я ему это определяю и предписываю. Или хочешь, чтобы я снова на три дня заперся, неделю не общался, пропал без вести? Понятно, что тогда речь вовсе не об избегании, а о гиперкомпенсации – о нарциссической концентрации на своих эмоциях и желаниях в сочетании со стремлением управлять партнёром без особого учёта его переживаний.
Сергей Крайнюков