11.06.2026 05:42
Вникни в свои мысли и чувства… там живет всемогущий властелин, неизвестный мудрец, имя которому – самость.
Вникни в свои мысли и чувства… там живет всемогущий властелин, неизвестный мудрец, имя которому – самость.
Фридрих Ницше
Истина всегда там, где труднее.
Фридрих Ницше
Психологическое развитие действительно может дать определенный инсайт, некую коррекцию поведения, а иногда – и мудрость. Но осознание происходит гораздо скорее при периодическом погружении в трясину, а затем – в процессе работы над собой, когда мы увидим, что лишь выстрадав испытания, посланные нам жизнью, мы можем обнаружить смысл, скрытый в глубине трясины.
Но, конечно же, самый серьезный ущерб, который мы можем себе причинить, – это приговорить себя остаться в глубине омута, будто пребывание там имеет для нас первостепенное значение, словно мы знаем, что нам с ним делать.
Пребывая в состоянии тревоги, я могу еще больше ее усилить, если стану строго себя осуждать или, что еще хуже, заражать своей тревогой окружающих, делясь с ними мрачными предчувствиями и обвиняя себя во всех грехах.
Человек, идентифицирующийся со своей травмой, продолжает пребывать в состоянии тупика: «Я человек неполноценный, так как испытываю приступы тревоги. Так всегда было и будет. Я ни на что не годен, и у меня нет никакой надежды на исцеление».
Подобные мысли очень характерны для детства, – настолько легко нас может уязвить мнение окружающих, а потому в любом из нас глубоко сидит эта заноза – «мысль о зависимости». Став взрослыми, мы вынуждены осознать, что такие состояния наступают независимо от нашей воли или сознательных намерений, что они преходящи и совершенно неизбежны. А главное, что их можно «держать при себе» и вместе с тем преуспевать в жизни. Если я испытываю тревогу, значит, я испытываю тревогу. Я по-прежнему живу своей жизнью, решаю свои задачи. Уолт Уитмен сказал: «Разве я себе противоречу? Хорошо, я себе противоречу. Значит, я такой сложный и разносторонний». И так считаем мы все.
Дж. Холлис "Душевные омуты"
Фридрих Ницше
Истина всегда там, где труднее.
Фридрих Ницше
Психологическое развитие действительно может дать определенный инсайт, некую коррекцию поведения, а иногда – и мудрость. Но осознание происходит гораздо скорее при периодическом погружении в трясину, а затем – в процессе работы над собой, когда мы увидим, что лишь выстрадав испытания, посланные нам жизнью, мы можем обнаружить смысл, скрытый в глубине трясины.
Но, конечно же, самый серьезный ущерб, который мы можем себе причинить, – это приговорить себя остаться в глубине омута, будто пребывание там имеет для нас первостепенное значение, словно мы знаем, что нам с ним делать.
Пребывая в состоянии тревоги, я могу еще больше ее усилить, если стану строго себя осуждать или, что еще хуже, заражать своей тревогой окружающих, делясь с ними мрачными предчувствиями и обвиняя себя во всех грехах.
Человек, идентифицирующийся со своей травмой, продолжает пребывать в состоянии тупика: «Я человек неполноценный, так как испытываю приступы тревоги. Так всегда было и будет. Я ни на что не годен, и у меня нет никакой надежды на исцеление».
Подобные мысли очень характерны для детства, – настолько легко нас может уязвить мнение окружающих, а потому в любом из нас глубоко сидит эта заноза – «мысль о зависимости». Став взрослыми, мы вынуждены осознать, что такие состояния наступают независимо от нашей воли или сознательных намерений, что они преходящи и совершенно неизбежны. А главное, что их можно «держать при себе» и вместе с тем преуспевать в жизни. Если я испытываю тревогу, значит, я испытываю тревогу. Я по-прежнему живу своей жизнью, решаю свои задачи. Уолт Уитмен сказал: «Разве я себе противоречу? Хорошо, я себе противоречу. Значит, я такой сложный и разносторонний». И так считаем мы все.
Дж. Холлис "Душевные омуты"