11.08.2026 11:33
Есть в нашей психике одна очень прочная "склейка", которая делает невозможным эмоциональное развитие и, если брать не так широко, процесс психотерапии…
Есть в нашей психике одна очень прочная "склейка", которая делает невозможным эмоциональное развитие и, если брать не так широко, процесс психотерапии. Она выглядит так: я = мои эмоции = реальность. Она означает полное слияние нашего сознания с проживаемыми аффектами и чувствами, которые, в свою очередь, как будто бы отражают реальность. Что мы тогда имеем на выходе? Если я чувствую вину - значит, я без каких-то вариантов виноват, сделал что-то плохое. Если стыд - значит, как-то опозорился. Если я на кого-то злюсь - значит, есть за что. Нет никакого зазора. Есть импульс - и есть его немедленное отреагирование в виде действия. Нет той самой пресловутой паузы между стимулом и реакцией, в которой и прячется наше сознание и, как следствие - возможность развития.
Распад этой "склейки" приводит к тому, что я перестаю сводить себя к эмоциям, "я" - больше, чем они, а эмоции не отражают реальность, они - моя субъективная реакция на реальность, во многом обусловленная прошлым опытом или другими эмоциями.
И тогда вместо "о, я вечный позор моей семьи" появляется, например, "я чувствую сильный стыд в таких ситуациях". Вместо "это катастрофа" - "я чувствую страх". Именно с этой точки становится возможным как изучение того, чем обусловлено возникновение той или иной эмоции, и выбор реакций иных, чем этого требует первичный, автоматический импульс (даже если этот импульс очень настойчив и орет тревогой). А значит, становится возможным - и эмоциональное развитие, и начинается психотерапия. В противном случае есть только аффект, его разрядка или, в лучшем случае, утешение-успокоение со стороны другого человека. И так по бесконечному кругу.
Илья Латыпов
Распад этой "склейки" приводит к тому, что я перестаю сводить себя к эмоциям, "я" - больше, чем они, а эмоции не отражают реальность, они - моя субъективная реакция на реальность, во многом обусловленная прошлым опытом или другими эмоциями.
И тогда вместо "о, я вечный позор моей семьи" появляется, например, "я чувствую сильный стыд в таких ситуациях". Вместо "это катастрофа" - "я чувствую страх". Именно с этой точки становится возможным как изучение того, чем обусловлено возникновение той или иной эмоции, и выбор реакций иных, чем этого требует первичный, автоматический импульс (даже если этот импульс очень настойчив и орет тревогой). А значит, становится возможным - и эмоциональное развитие, и начинается психотерапия. В противном случае есть только аффект, его разрядка или, в лучшем случае, утешение-успокоение со стороны другого человека. И так по бесконечному кругу.
Илья Латыпов