Гласность как кампания тотального паникёрства

"«Гласность» как предприятие имела своей целью даже не снижение доверия к Советской власти (это побочный эффект), а снижение доверия к советским медиа – да, с их же помощью! Неполитические темы, то есть темы без видимого присутствия «властей» в сообщениях, набирали бы силу дольше, но сработали бы точно так же; см. «нитраты» или «радиация». Как мероприятие, «гласность» была кампанией тотального паникёрства, и вся её тематика была определена только требованиями к решению этой задачи. Ни в каком другом смысле темы не были важны, сейчас не важны и важны не будут.
В советском обществе идеология записывала панику в феномены штучные, прошлые, иногда случайные и всегда поправимые. Потому и не распознали.

До 24 месяцев рассрочки* по карте «Халва»

Зеленая цена на Ozon - скидка до 30%

Получить карту бесплатно

А ведь если несколько раз в день рассказывать человеку, советскому или ещё какому, что вокруг его жизни всё,

- во-первых, было не так, как он думал – причём очень по-разному «не так» в разные сроки,
- во-вторых, и сейчас вполне может быть не так, как он думает, причём опять же очень по-разному, и,
- в-третьих, ещё будет неизвестно как, думай он или не думай,

то понятие о протяжённой и сложной деятельности (к ней относится и ведение домашнего хозяйства в стабильных условиях) у человека полетит, и он начнёт принимать сиюминутные, первые попавшиеся решения. Начинается «децивилизация снизу», с её течением сравнительно сложное, дальновидное и избирательное управление перестаёт быть нужным; в дверь вежливо стучится «рыночно ориентированная социалистическая экономика», а дальше Вы знаете.

И это касается всех: и обывателя-«демократа», и обывателя-«сталиниста», и всего спектра. Человек одной и той же головой думает что о блоггерской газетно-журнальной писанине, – помните, как взлетели подписки, а журнал «Огонёк» стал именем нарицательным? – что о делах житейских.

Частью это такое же раздёргивание внимания, как и у всех, на «сталинские репрессии» и другие дела прошлые. Только есть и другие темы, и по некоторым, касающимся твоего будущего, тебе доказывают, что никаких «высоких» и «передовых» в округе нет, а белые люди в Японии ушли вперёд навеки. Такое равноценно сказанному в лицо «ты жил, живёшь и будешь жить зря». Сейчас нашли предельный контраргумент в понятии «технологического суверенитета»: мол, даже если у тебя получается и получится хуже, чем у японских белых людей, ты всегда здесь нужен, чтобы твоё всегда здесь было. А тогда в головах правило бал «соревнование двух систем», когда либо первый, либо «свалка истории».

Реагировать на «ты жил, живёшь и будешь жить зря» можно по-всякому, но поддержанию и развитию сложных производств не способствуют ни уныние, ни гнев.

В разные эпохи «высокие технологии» и «передовые производства» умели разные вещи и требовали разных знаний, но профессионалы в них всегда ценились выше (в среднем), чем представители профессий вечных и обычных, вроде торговцев. Поэтому, когда советские отсталости, научную и техническую, рьяно клянёт… как бы его поласковей… идейный предприниматель, то не спорьте с ним и не ругайте его. Это у него не точка зрения. Это срабатывает слежавшаяся за века (и поросшая волосами) зависть.

Субъекты, принимающие свои частные решения, искренне могут рассчитывать на желательное стационарное состояние по их итогам («будем жить долго и счастливо»), но оно вовсе не обязательно. Угробить свою «общественно-экономическую формацию», то есть текущее сочетание «базиса» и «надстройки», признаваемое наблюдателями «естественным» или «экзотическим», общество вполне способно, причём исторически мгновенно, без долговременного, закономерного, внешнего или внутреннего, политического или экономического давления. Опасность такого развития событий с усложнением и ускорением инфраструктуры общества только растёт. Можно заметить, что ущерб, наносимый т. наз. «мягкой силой», обязан собой в том числе отказу её жертвы от этого понимания. «Не можем же мы». Можем." 17ur.