21.05.2026 16:09
Судьба заблокированных активов: иск ЦБ к Euroclear на €200 млрд
🤓 Судьба наших заблокированных активов — продолжение большой истории
История с замороженными российскими резервами постепенно выходит за рамки политики и превращается в полноценную юридическую и финансовую войну.
➡️ Банк России потребовал немедленного исполнения решения суда по иску к Euroclear на €200 млрд. Поводом стали продолжающиеся дискуссии в ЕС о возможном использовании российских резервов и их фактической бессрочной заморозке.
Напомню: 15 мая Арбитражный суд Москвы полностью удовлетворил иск Банка России к бельгийскому депозитарию. Речь идёт примерно о 18 трлн рублей убытков — сумма колоссальная даже по меркам федерального бюджета.
Но здесь важно понимать ключевой момент: Euroclear уже дал понять, что не собирается ничего размораживать. В Европе решение российского суда не признают, сам депозитарий не считает юрисдикцию РФ применимой к себе и уже подал апелляцию.
➡️ Более того, в ЕС всё чаще прямо говорят о том, что активы останутся замороженными до завершения конфликта. По сути, сейчас существуют две параллельные правовые реальности. Россия в рамках своей юрисдикции считает блокировку незаконной и фиксирует причинённый ущерб. Европа, в свою очередь, рассматривает санкции как законный инструмент и не признаёт решения российских судов.
Само решение суда, вероятно, связано не столько с быстрым возвратом средств, сколько с формированием юридической базы для дальнейших действий. В том числе — для потенциального взыскания активов Euroclear в России или дружественных юрисдикциях. По сути, сейчас выстраивается долгосрочная переговорная и правовая позиция.
Юристы уже отмечают, что это может стать важным прецедентом и для частных инвесторов, чьи активы оказались заблокированы после 2022 года. Суд впервые в таком масштабе признал сам факт ущерба от блокировки активов.
Однако есть важный нюанс: у самого Euroclear в России нет активов на сопоставимые суммы. Поэтому речь, скорее, идёт о долгой игре — политическом давлении, создании рисков для европейской финансовой инфраструктуры и демонстрации того, что возможная конфискация российских резервов не останется без ответа.
➡️ И за этим внимательно следит весь мир. Потому что история с российскими резервами уже давно вышла за рамки исключительно российской повестки. Это вопрос доверия к мировой финансовой системе, резервным валютам и вообще к тому, насколько «неприкосновенными» остаются суверенные активы в эпоху санкционных конфликтов.
Именно поэтому многие страны в последние годы активно увеличивают долю золота в резервах, диверсифицируют их структуру и постепенно снижают зависимость от западной финансовой инфраструктуры.
После 2022 года мир окончательно понял: геополитика способна напрямую влиять даже на те активы, которые десятилетиями считались практически неприкосновенными.
Max VK
История с замороженными российскими резервами постепенно выходит за рамки политики и превращается в полноценную юридическую и финансовую войну.
➡️ Банк России потребовал немедленного исполнения решения суда по иску к Euroclear на €200 млрд. Поводом стали продолжающиеся дискуссии в ЕС о возможном использовании российских резервов и их фактической бессрочной заморозке.
Напомню: 15 мая Арбитражный суд Москвы полностью удовлетворил иск Банка России к бельгийскому депозитарию. Речь идёт примерно о 18 трлн рублей убытков — сумма колоссальная даже по меркам федерального бюджета.
Но здесь важно понимать ключевой момент: Euroclear уже дал понять, что не собирается ничего размораживать. В Европе решение российского суда не признают, сам депозитарий не считает юрисдикцию РФ применимой к себе и уже подал апелляцию.
➡️ Более того, в ЕС всё чаще прямо говорят о том, что активы останутся замороженными до завершения конфликта. По сути, сейчас существуют две параллельные правовые реальности. Россия в рамках своей юрисдикции считает блокировку незаконной и фиксирует причинённый ущерб. Европа, в свою очередь, рассматривает санкции как законный инструмент и не признаёт решения российских судов.
Само решение суда, вероятно, связано не столько с быстрым возвратом средств, сколько с формированием юридической базы для дальнейших действий. В том числе — для потенциального взыскания активов Euroclear в России или дружественных юрисдикциях. По сути, сейчас выстраивается долгосрочная переговорная и правовая позиция.
Юристы уже отмечают, что это может стать важным прецедентом и для частных инвесторов, чьи активы оказались заблокированы после 2022 года. Суд впервые в таком масштабе признал сам факт ущерба от блокировки активов.
Однако есть важный нюанс: у самого Euroclear в России нет активов на сопоставимые суммы. Поэтому речь, скорее, идёт о долгой игре — политическом давлении, создании рисков для европейской финансовой инфраструктуры и демонстрации того, что возможная конфискация российских резервов не останется без ответа.
➡️ И за этим внимательно следит весь мир. Потому что история с российскими резервами уже давно вышла за рамки исключительно российской повестки. Это вопрос доверия к мировой финансовой системе, резервным валютам и вообще к тому, насколько «неприкосновенными» остаются суверенные активы в эпоху санкционных конфликтов.
Именно поэтому многие страны в последние годы активно увеличивают долю золота в резервах, диверсифицируют их структуру и постепенно снижают зависимость от западной финансовой инфраструктуры.
После 2022 года мир окончательно понял: геополитика способна напрямую влиять даже на те активы, которые десятилетиями считались практически неприкосновенными.
Max VK