26.03.2026 10:00
Как говорить с ребёнком про развод: фрагмент лекции Дениса Сенникова
❓Как говорить с ребёнком про развод?
🎦Делимся с вами фрагментом лекции Дениса Сенникова: что важно учитывать при сопровождении клиента в разводе.
Несколько ключевых моментов:
➡️Важно не «замалчивать последствия» развода, а научить клиентов говорить с ребёнком прямо. Не грузить подробностями, не превращать разговор в лекцию, не оправдываться. Просто называть реальность и признавать чувства.
➡️ Детям обычно не столько нужна идеальная формулировка, сколько взрослый, который выдерживает их эмоции и не делает вид, что ничего страшного не случилось.
➡️Ниже приводим три примера разговоров на разных этапах. Это — ориентиры, как можно говорить, опираясь на возраст ребёнка.
• В районе трёх лет лучше всего работают простые сравнения из детского опыта
Например, про дружбу в садике: бывает, что дети дружат, а потом перестают, и им становится сложно играть вместе. Взрослые тоже иногда не могут продолжать жить вместе. Это грустно. Важно, чтобы взрослый не перекладывал ответственность на ребёнка и не прятался за «так получилось».
Можно честно сказать:
«У нас не получилось жить вместе так, чтобы всем было хорошо. Прости, что из-за этого твоя жизнь стала сложнее».
Просить прощения у ребёнка можно и нужно. Это не унижение, а нормальная взрослая позиция.
• Около семи лет, особенно на фоне школы, часто вылезает внутренний конфликт «и радостно, и больно одновременно». Снаружи праздник, первый класс, линейка. А внутри ребёнка может рвать на части от того, что теперь у него две разные реальности. Два дома. Две фигуры рядом. Иногда даже две версии обращений, и нужно как-то выбрать, кого как назвать в одной ситуации. Это может вызывать растерянность, слёзы, злость, стыд.
И здесь снова помогает не «успокоить любой ценой», а признать:
«Я вижу, как тебе сложно. Это правда трудно. Это так получилось из-за наших взрослых решений. Мне жаль, что тебе приходится через это проходить. Прости».
Без обвинений второго родителя. Без суда. Без попытки сделать ребёнка союзником.
• В подростковом возрасте ребёнок уже может звучать очень разумно. Иногда он говорит: «Я понимаю, почему вы развелись», «Мне нормально жить с папой (мамой)», «Так даже лучше».
И это может быть правдой. Но даже самые зрелые подростковые формулировки не отменяют раннего беспокойства и опыта потери опоры. Когда действия взрослых причиняют боль любимым людям, ребёнку всё равно тяжело. Даже если он «всё понимает».
Главное — не обязательно уходить в мрачную вину. И не нужно объяснять всё только с позиции взрослых. Важно держать в фокусе ребёнка: ему непросто, и это нормально. Называть произошедшее своими словами, по возрасту. Подтверждать чувства. И оставаться рядом.
Это — зона ответственности родителей и помогающих специалистов. Потому что иногда самый лечебный момент в работе с семьёй звучит не как «мы справимся», а как спокойное: «Да, это правда больно».
🎦Делимся с вами фрагментом лекции Дениса Сенникова: что важно учитывать при сопровождении клиента в разводе.
Несколько ключевых моментов:
➡️Важно не «замалчивать последствия» развода, а научить клиентов говорить с ребёнком прямо. Не грузить подробностями, не превращать разговор в лекцию, не оправдываться. Просто называть реальность и признавать чувства.
➡️ Детям обычно не столько нужна идеальная формулировка, сколько взрослый, который выдерживает их эмоции и не делает вид, что ничего страшного не случилось.
➡️Ниже приводим три примера разговоров на разных этапах. Это — ориентиры, как можно говорить, опираясь на возраст ребёнка.
• В районе трёх лет лучше всего работают простые сравнения из детского опыта
Например, про дружбу в садике: бывает, что дети дружат, а потом перестают, и им становится сложно играть вместе. Взрослые тоже иногда не могут продолжать жить вместе. Это грустно. Важно, чтобы взрослый не перекладывал ответственность на ребёнка и не прятался за «так получилось».
Можно честно сказать:
«У нас не получилось жить вместе так, чтобы всем было хорошо. Прости, что из-за этого твоя жизнь стала сложнее».
Просить прощения у ребёнка можно и нужно. Это не унижение, а нормальная взрослая позиция.
• Около семи лет, особенно на фоне школы, часто вылезает внутренний конфликт «и радостно, и больно одновременно». Снаружи праздник, первый класс, линейка. А внутри ребёнка может рвать на части от того, что теперь у него две разные реальности. Два дома. Две фигуры рядом. Иногда даже две версии обращений, и нужно как-то выбрать, кого как назвать в одной ситуации. Это может вызывать растерянность, слёзы, злость, стыд.
И здесь снова помогает не «успокоить любой ценой», а признать:
«Я вижу, как тебе сложно. Это правда трудно. Это так получилось из-за наших взрослых решений. Мне жаль, что тебе приходится через это проходить. Прости».
Без обвинений второго родителя. Без суда. Без попытки сделать ребёнка союзником.
• В подростковом возрасте ребёнок уже может звучать очень разумно. Иногда он говорит: «Я понимаю, почему вы развелись», «Мне нормально жить с папой (мамой)», «Так даже лучше».
И это может быть правдой. Но даже самые зрелые подростковые формулировки не отменяют раннего беспокойства и опыта потери опоры. Когда действия взрослых причиняют боль любимым людям, ребёнку всё равно тяжело. Даже если он «всё понимает».
Главное — не обязательно уходить в мрачную вину. И не нужно объяснять всё только с позиции взрослых. Важно держать в фокусе ребёнка: ему непросто, и это нормально. Называть произошедшее своими словами, по возрасту. Подтверждать чувства. И оставаться рядом.
Это — зона ответственности родителей и помогающих специалистов. Потому что иногда самый лечебный момент в работе с семьёй звучит не как «мы справимся», а как спокойное: «Да, это правда больно».