01.10.2026 14:45
Ася мыла полы в коридоре роддома, когда услышала разговор из родзала.
Ася мыла полы в коридоре роддома, когда услышала разговор из родзала.— Мы сделали всё, что смогли. Жалко-то как, молодая же ещё совсем, и ребёночка не успела увидеть…
Роженица скончалась сразу после родов. Порок сердца. Вот горе-то какое… Ей нельзя рожать было, наверное. На учёте по беременности не стояла, экстренно поступила со схватками.
Ася вздохнула. Такое у них редко случалось. Ох, жалко как девушку и ребёнка. Без матери расти будет…В глубине души она тоже хотела стать мамой. Но, не судьба…
В детской кричал какой-то малыш, не переставая. Ася решила глянуть, кто там такой горластый. Пока шла к палате, ребёнок замолчал. Она заглянула и обомлела.
Возле кювеза стояла молодая женщина в красивом голубом платье, со светлыми длинными волосами и гладила ребёнка по голове. Она выглядела странно, была будто полупрозрачная.
— Что происходит? Вы кто? — громко спросила Ася.
Женщина посмотрела на неё и приложила палец к губам, мол, тихо, не кричи…
Остальные кювезы были пустые, дети находились с мамами в палате.
— Ася, что тут такое? Чего застыла? — тронула её за плечо детская медсестра Валя.
— Да тут это… Кричит ребёнок…
— А, этот… Да он то орёт, то замолкает. Бедолага, чувствует будто, что один он на свете, одинешенек… А я в туалет ходила…
В комнате уже не было никакой женщины. Ася решила, что померещилось. Игра воображения. Откуда тут посторонние возьмутся? Устала она просто…
Роженица скончалась сразу после родов. Порок сердца. Вот горе-то какое… Ей нельзя рожать было, наверное. На учёте по беременности не стояла, экстренно поступила со схватками.
Ася вздохнула. Такое у них редко случалось. Ох, жалко как девушку и ребёнка. Без матери расти будет…В глубине души она тоже хотела стать мамой. Но, не судьба…
В детской кричал какой-то малыш, не переставая. Ася решила глянуть, кто там такой горластый. Пока шла к палате, ребёнок замолчал. Она заглянула и обомлела.
Возле кювеза стояла молодая женщина в красивом голубом платье, со светлыми длинными волосами и гладила ребёнка по голове. Она выглядела странно, была будто полупрозрачная.
— Что происходит? Вы кто? — громко спросила Ася.
Женщина посмотрела на неё и приложила палец к губам, мол, тихо, не кричи…
Остальные кювезы были пустые, дети находились с мамами в палате.
— Ася, что тут такое? Чего застыла? — тронула её за плечо детская медсестра Валя.
— Да тут это… Кричит ребёнок…
— А, этот… Да он то орёт, то замолкает. Бедолага, чувствует будто, что один он на свете, одинешенек… А я в туалет ходила…
В комнате уже не было никакой женщины. Ася решила, что померещилось. Игра воображения. Откуда тут посторонние возьмутся? Устала она просто…