Мама искала возможность остаться мне служить где-нибудь рядом с Москвой, но, видимо, что-то не срослось, и меня на два года отправили охранять знамени…
Если кому доставались десять суток свободы, так только взамен на смерть близких людей
Потом слышал, как некоторые мои знакомые, вспоминая время, проведенное ими в армии, называют его самым лучшим в их жизни. У меня же все наоборот. Самое страшное время – это время на Байконуре. Место вообще гиблое. Постоянная нехватка пресной воды, и вообще любой воды. Еда. Кормили нас отвратительно. Но самое страшное – это палящее солнце летом и пронизывающий до костей ледяной ветер зимой. Минус двенадцать, казалось бы, не так много, но – ветер. Внезапный и беспощадный. Я замерзал даже в тулупе. Отпусков не давали вообще. Попасть на родину всего-то на десять суток, не считая дороги, для нас становилось несбыточной мечтой. Если кому и доставались вожделенные десять суток свободы, так только взамен на их личную трагедию – смерть самых близких людей.
Помню, одному парню из нашей роты пришел подтвержденный военкоматом вызов на похороны отца. Он уехал, а я в ту же ночь заступил на пост. Хожу по периметру, думаю о моем товарище и понимаю: я ему завидую. Завидую тому, что у него умер отец, и тому, что он вырвался из этого ада, в котором мне предстояло провести еще целый год.
Мне нужен был отпуск, очень нужен. Я, недавний столичный студент, избалованный бездельник, в тот момент находился на грани срыва. Мне казалось, еще немного – и я сотворю что-нибудь непоправимое. Не помня себя, я закричал:
✍️– Мама! Ты же любишь меня больше всего на свете! Я так не могу. Мама, спаси меня, своего единственного сына! Мама, если бы ты умерла, я бы получил отпуск и поехал в Москву! Как хорошо там, в Москве! Мама, я тебя умоляю! – И заплакал.
Прокричал и ужаснулся, что я такое кричу?! О чем прошу? Я уже взрослый человек и сам обязан отвечать за свою собственную жизнь. При чем здесь мама?!
Вечером следующего дня я уже и забыл о моей ночной минутной слабости. А еще через месяц мой ротный командир вызвал меня к себе и сообщил о трагической смерти моей мамы. Ей было всего только 44 года. Два дня назад она, переходя дорогу, случайно попала под машину, и теперь мне предстояло ехать хоронить ее в Москву.
Через месяц ротный командир вызвал меня и сообщил о трагической смерти мамы
Ни во время похорон, ни после я не вспоминал о моей отчаянной просьбе, а если и вспоминал, то не придавал ей значения. Только потом, когда у меня появились собственные дети, и тем более внуки, на память все чаще и чаще стали приходить мои отношения с мамой. Я стал понимать, почему она так безропотно терпела мой эгоизм. А все потому, что она меня любила. Слишком сильно, потому и баловала, а с мальчиком так нельзя.
Однажды, в какой-то миг, я подумал, что если вдруг для спасения кого-то из моих детей или внуков мне понадобится пожертвовать собственной жизнью, то я, не задумываясь, пойду до самого конца. Тогда-то я отчетливо вспомнил ту ледяную байконурскую ночь, мое отчаяние и безумную просьбу о смерти моей мамы. А она, будто услышав меня, пожалела и, согласившись, умерла.
Как бы я ни любил своих детей и как бы хорошо они ко мне бы ни относились, но за меня никто из них умирать не станет. Во-первых, это противоестественно, и потом, дети всегда эгоисты, да и мы, взрослые, не примем от них такую жертву.
Мне почему-то стало стыдно дарить маме цветы. Ей никто никогда больше не дарил цветов
Мама – единственный человек на всей земле, который любил меня до смерти. Я взглянул на себя ее глазами, на того, каким я был раньше, ощутил себя на ее месте, и в ту самую минуту во мне проснулось чувство, которое мы называем совестью. Стал вспоминать, как я относился к маме. После смерти отца в ее жизни я стал единственным мужчиной, ради меня она больше никого не стала искать и осталась одна. Когда-то, в глубоком детстве, я приносил ей маленькие букетики цветов. Больше