«Кому ты нужна, безработная!

«Кому ты нужна, безработная!» — усмехнулся муж. Он не знал, что на свои доходы я купила машину

Плотный крафтовый пакет с предательским треском выскользнул из моих вспотевших пальцев. Тяжелая стеклянная бутылка терпкого красного сухого ударилась о бетонный пол лестничной клетки. Стекло чудом выдержало, издав лишь глухой, утробный гул, от которого у меня заложило уши. А вот пластиковый контейнер с заварными пирожными жалобно хрустнул, рассыпав по грязному коврику сахарную пудру.

Я стояла на площадке третьего этажа, до дрожи в руках вцепившись в ремешок сумки. Прямо передо мной, в проеме приоткрытой двери квартиры моей лучшей подруги Риты, переминался с ноги на ногу мой собственный муж. Тот самый Стас, который сегодня в половину седьмого утра торопливо глотал обжигающий кофе на нашей кухне, жаловался на зверские пробки и собирал кожаный несессер в «очень сложную командировку» на другой конец области.

Сейчас этот уставший добытчик стоял передо мной босиком. На его плечах криво висел безразмерный махровый халат темно-синего цвета. Я прекрасно знала эту вещь. Халат принадлежал Вадиму — законному мужу Риты, который уже третий месяц трудился на буровой установке где-то за полярным кругом.

— Дина? — Стас заморгал так часто, будто его ослепили мощным фонарем. Он инстинктивно дернул полы халата, пытаясь запахнуть их на груди, но этот жест выглядел до тошноты жалко. Голос мужа дал петуха и сорвался на сиплый шепот: — А ты... ты как тут...

Вечер совершенно не предвещал такой грязи. Наоборот, он казался мне уютным. За окном густо валил мокрый ноябрьский снег, превращая дороги в серое месиво. Я только что закрыла тяжелый проект, захлопнула ноутбук и решила сделать сюрприз Рите.

Шестнадцать лет назад, когда нашему сыну Никите поставили тяжелый недуг, связанный с легкими, Стас поднял руку и ударил по столу: «Всё, хватит. Никаких нянь и чужих людей. Я мужик, я семью прокормлю. А ты сиди дома, лечи пацана и занимайся бытом». Мне было до слез обидно бросать должность старшего логиста, но задыхающийся по ночам ребенок не оставлял выбора. Стас работал начальником склада, приносил стабильную зарплату, и мы жили нормально. Скромно, со скидками в супермаркетах, но без долгов.

Но Никита перерос свою болезнь. Из хрупкого мальчика он вытянулся в плечистого семнадцатилетнего подростка, который сейчас пропадал на сборах по плаванию. А я... я категорически не хотела превращаться в приложение к сковородке. Четыре года назад, пока Стас храпел перед телевизором, я маниакально изучала аналитику данных и язык Python. Последние два года я удаленно вела базы данных для крупной азиатской логистической компании. Мой гонорар за один проект сейчас перекрывал полугодовую зарплату мужа.

Только Стас об этом ни сном ни духом не ведал. Для него я оставалась застрявшей в быту домохозяйкой, которая от скуки кликает мышкой, подрабатывая копейки на булавки. Эту тайну я берегла для нашего совершеннолетия в браке — бирюзовой свадьбы, которая выпадала ровно на завтрашний день. Я собиралась подарить ему новенький рамный внедорожник, о котором он ныл последние лет пять. Ключи от оплаченной машины, перевязанные подарочной ленточкой, лежали в сумке прямо сейчас.

— Стасик, ну ты где там застрял? Полотенце принести? — донесся из глубины коридора воркующий, чуть хрипловатый голос Риты.

В нос ударил приторный запах ее любимых благовоний, который сейчас смешался с ароматом геля для душа. Того самого мужского геля с ментолом, который я покупала Стасу по акции в прошлую пятницу.

Рита выплыла в прихожую. На ней не было ничего, кроме короткого шелкового пеньюара. Увидев меня, она споткнулась на полушаге. Пару секунд мы смотрели друг на друга. Я искала в глазах подруги хоть каплю стыда, но нашла только холодное, колючее раздражение человека, которому помешали отдыхать.

— Ой, какие люди...ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ