Понятно, идея метамодерна предполагает наличие разных оппозиций, автономных идей.

Понятно, идея метамодерна предполагает наличие разных оппозиций, автономных идей. Но мы имеем ту социальную структуру, которую имеем. Новой пока не создано. Для её создания в обществе должны быть сдвиги. Чтобы воспитать человека, уровень культуры которого позволит с пониманием отнестись к разным идеям, требуется время.

Когда же под идеей многообразия и равноправия кого-то начинают ломать, тогда на бумаге мы имеем метамодернистскую идею лишь в декларативном порядке, а в реальности она – иная.

Упомяну здесь одну русскоговорящую журналистку, которая живет во Франции. Она говорит, что на определенном этапе во Франции стали сжигать мясные магазины. Зелёная повестка. Можно здесь сделать отсылку к спиральной динамике – зелёный период, экологические сообщества и так далее. От одного представителя полицейского ведомства высокого чина она услышала версию, что те, кто сжигает магазины, на магазинах не остановятся. Начали сжигать христианские храмы. И если первоначально хотя бы в региональных средствах массовой информации были публикации о случившемся, то со временем даже в местных массмедиа перестала проходить информация. Журналист отмечала, что в органах управления Евросоюза есть специалисты по разным видам дискриминации. Примечательно, что в этом перечне нет специалиста по дискриминации христиан.

Дополняется это свидетельство данными, предоставляемыми русскоговорящим преподавателем Университета Сорбонны. Он рассказывает, что разрушается экономический потенциал Франции и накопленный уровень благосостояния по причине экологической риторики. Процессы двигаются той массой людей, которая последовательно была воспитываема. Воспитание началось с университетов, затем были подготовлены педагоги, которые стали готовить студентов, готовящихся преподавать в школах. Те в свою очередь приложили руку к формированию тех, пополнил ряды воспитателей детских садов.

И данная масса людей говорит выходит за рамки экологической повестки. Речь идёт о насаждении культуры смерти, как её называют некоторые. Под давлением повестки принят закон, настаивающий на том, что в организациях должно быть половина женщин [вероятно, речь идёт про руководящие посты]. То есть подбор персонала совершается не на основе профессиональных качеств и компетентности. Происходит антропологическая селекция. Идет воспитание элит в ненависти к своему народу в той мере, в какой он проявляет собственные традиционные ценности.

Если же кто-то пытается воззвать к здравому смыслу, то его расчеловечивают. Человек может перестать быть жертвой этой ненависти, если он начнёт отрицать семью, которая состоит из отца и матери. Он становится частью системы, если высказывает ненависть к религии и языку своего народа. .

Пока мы видим, что идея многообразия декларируется, но по факту не реализуется или реализуется в одностороннем порядке. Складывается ощущение, что христианское сообщество не является элементом многообразия.

Оно воспринимается, как прессингующий элемент, который борется с многообразием. Следовательно, с точки зрения такой повестки, оно не подлежит защите, за сохранение христианства нельзя бороться.

Здесь мы снова возвращаемся к метафоре метамодерна – люди метамодерна представляют собой некие острова. Метафора, возможно, основана на идее, что постмодерн разрушил единую материковую часть, а люди стали островами, между которыми должна проходить связь. Но на каких принципах связь будет проложена? Кто создаст алгоритмы ее функционирования? Кто пропишет принципы соединения островов в единое целое?..