15.06.2026 12:02
Видеоигры как новое цифровое поле битвы
Financial Times обращает внимание на трансформацию индустрии видеоигр. Из ниши развлечений они всё больше превращаются в инструмент «мягкой силы» и политического влияния. Ряд государств уже активно используют этот ресурс для решения своих идеологических задач. Например, Саудовская Аравия через многомиллиардные инвестиции в покупку студий пытается улучшить свой международный имидж, а Китай интегрировал гейминг в систему государственного контроля за гражданами.
Россия тоже обращает внимание на потенциал видеоигровой индустрии, однако в глазах самих разработчиков предпринимаемых усилий пока недостаточно. Согласно профильным исследованиям («Игропром»), более 70% крупных отечественных студий называют своей главной трудностью критическую нехватку финансирования. Отрасль страдает от сложностей с выходом на зарубежные рынки и проведением трансграничных платежей, а у частных инвесторов зачастую нет экспертизы для оценки таких специфических цифровых активов.
Отдельно участники рынка выделяют дисбаланс в распределении государственной поддержки. Масштабы федерального финансирования пока не соответствуют реальным потребностям отечественного геймдева. В качестве аргумента приводится статистика: профильные институты развития за последние несколько лет направили на поддержку видеоигр около 6–7 млрд рублей, в то время как на производство традиционного контента — кино и сериалов — ушло более 60 млрд.
Таким образом, пока на глобальном уровне видеоигры становятся новым цифровым полем битвы за умы, отечественная индустрия вынуждена бороться за базовые инвестиции. Чтобы российские проекты смогли стать полноценным инструментом «мягкой силы» на международной арене, подходы к финансированию и оценке этой сферы предстоит серьёзно пересмотреть.
Россия тоже обращает внимание на потенциал видеоигровой индустрии, однако в глазах самих разработчиков предпринимаемых усилий пока недостаточно. Согласно профильным исследованиям («Игропром»), более 70% крупных отечественных студий называют своей главной трудностью критическую нехватку финансирования. Отрасль страдает от сложностей с выходом на зарубежные рынки и проведением трансграничных платежей, а у частных инвесторов зачастую нет экспертизы для оценки таких специфических цифровых активов.
Отдельно участники рынка выделяют дисбаланс в распределении государственной поддержки. Масштабы федерального финансирования пока не соответствуют реальным потребностям отечественного геймдева. В качестве аргумента приводится статистика: профильные институты развития за последние несколько лет направили на поддержку видеоигр около 6–7 млрд рублей, в то время как на производство традиционного контента — кино и сериалов — ушло более 60 млрд.
Таким образом, пока на глобальном уровне видеоигры становятся новым цифровым полем битвы за умы, отечественная индустрия вынуждена бороться за базовые инвестиции. Чтобы российские проекты смогли стать полноценным инструментом «мягкой силы» на международной арене, подходы к финансированию и оценке этой сферы предстоит серьёзно пересмотреть.