15.07.2026 11:49
Трамп выразил готовность поддержать санкционный законопроект умершего недавно сенатора Грэма (признан в РФ террористом и экстремистом).
Трамп выразил готовность поддержать санкционный законопроект умершего недавно сенатора Грэма (признан в РФ террористом и экстремистом). Документ предполагает беспрецедентную меру — возможность введения заградительных пошлин до 100% против государств, выступающих крупнейшими покупателями российских нефти и газа (в первую очередь Китая и Индии). Также новелла включает новые ограничения для отечественного оборонного и финансового секторов, равно как и для теневого флота.
Подобная инициатива носит ярко выраженный инструментальный характер. Важно понимать, что законопроект не обязывает, а лишь даёт президенту США право применять вторичные пошлины. Для Трампа это легальный способ обойти запрет Верховного суда на единоличное установление тарифов выше 15%. Фактически Белый дом получает заряженное ружьё, которое можно положить на стол в качестве аргумента во время глобальных внешнеполитических торгов как с союзниками России, так и с ней самой.
Соответственно, продвижение документа играет роль дипломатического сигнала, а не реальной экономической угрозы. Администрация США пытается усилить свои переговорные позиции и выбить из Москвы уступки в процессе украинского урегулирования. Практического же влияния на российскую стратегию этот закон не окажет — большинство упомянутых мер уже действуют или могут быть введены иначе, а само форсирование проекта выглядит скорее как ритуальная дань уважения республиканцев политическому наследию Грэма.
Подобная инициатива носит ярко выраженный инструментальный характер. Важно понимать, что законопроект не обязывает, а лишь даёт президенту США право применять вторичные пошлины. Для Трампа это легальный способ обойти запрет Верховного суда на единоличное установление тарифов выше 15%. Фактически Белый дом получает заряженное ружьё, которое можно положить на стол в качестве аргумента во время глобальных внешнеполитических торгов как с союзниками России, так и с ней самой.
Соответственно, продвижение документа играет роль дипломатического сигнала, а не реальной экономической угрозы. Администрация США пытается усилить свои переговорные позиции и выбить из Москвы уступки в процессе украинского урегулирования. Практического же влияния на российскую стратегию этот закон не окажет — большинство упомянутых мер уже действуют или могут быть введены иначе, а само форсирование проекта выглядит скорее как ритуальная дань уважения республиканцев политическому наследию Грэма.