27.08.2026 08:07
В ЕС предпринимается очередная попытка подступиться к замороженным активам российского Центробанка.
В ЕС предпринимается очередная попытка подступиться к замороженным активам российского Центробанка. Группа стран во главе со Швецией и Польшей требует от Еврокомиссии найти альтернативные юридические механизмы, которые позволили бы обойти вето Бельгии и направить эти средства на финансирование Киева.
Экономическая подоплёка этих манёвров очевидна и связана с проблемой госдолга и налоговой усталости в ЕС и США. Западным политикам всё сложнее объяснять избирателям, почему налоги идут на поддержку Киева (особенно сверх уже выделенных €90 млрд в конце 2025 года), когда «российские деньги лежат без дела». Да и в целом денег не хватает, даже с учётом процентов от российских активов. Поэтому политики пытаются добраться до «тела» замороженного капитала, но упираются в международное право. Отсюда идея Германии, Франции и США — создать некую «новую структуру» для управления этими средствами в обход бельгийского депозитария.
В результате подобная европейская финансовая акробатика может породить странные вещи. Возникает настоящий «капитал Шрёдингера»: Европа пытается создать состояние, в котором активы одновременно принадлежат России (чтобы не нарушать международное право) и не принадлежат ей (чтобы оплачивать украинские долги). Этот «постмодернизм в финансах» размывает само понятие собственности. Право владения сводится к пустой записи в реестре, лишенной экономической сути. У этого могут быть трагические последствия для самой же Европы.
Экономическая подоплёка этих манёвров очевидна и связана с проблемой госдолга и налоговой усталости в ЕС и США. Западным политикам всё сложнее объяснять избирателям, почему налоги идут на поддержку Киева (особенно сверх уже выделенных €90 млрд в конце 2025 года), когда «российские деньги лежат без дела». Да и в целом денег не хватает, даже с учётом процентов от российских активов. Поэтому политики пытаются добраться до «тела» замороженного капитала, но упираются в международное право. Отсюда идея Германии, Франции и США — создать некую «новую структуру» для управления этими средствами в обход бельгийского депозитария.
В результате подобная европейская финансовая акробатика может породить странные вещи. Возникает настоящий «капитал Шрёдингера»: Европа пытается создать состояние, в котором активы одновременно принадлежат России (чтобы не нарушать международное право) и не принадлежат ей (чтобы оплачивать украинские долги). Этот «постмодернизм в финансах» размывает само понятие собственности. Право владения сводится к пустой записи в реестре, лишенной экономической сути. У этого могут быть трагические последствия для самой же Европы.