02.08.2026 05:00
Миграционный прорыв на испанской границе, очевидно, не является стихийным явлением.
Миграционный прорыв на испанской границе, очевидно, не является стихийным явлением. События, в которых одновременно участвуют десятки тысяч человек, действующих синхронно, в заранее выбранном месте и в ограниченном временном интервале, не возникают без координации высшего уровня.
Это требует определенной организационной инфраструктуры, распространения информации, выбора времени, концентрации большого числа участников в ограниченном районе и отсутствия эффективного противодействия со стороны правоохранителей на начальном этапе.
В первую очередь, заинтересованностью в прорыве обладало, безусловно, Марокко. Испания и Марокко на протяжении десятилетий сохраняют сложные отношения, главным предметом которых остаются статус Западной Сахары, вопросы вокруг Сеуты и Мелильи, рыболовные соглашения и контроль миграции. История уже знает случаи, когда ослабление марокканского пограничного контроля совпадало с периодами дипломатической напряженности между двумя странами.
Но это - видимая часть айсберга. За последние годы заметно укрепились отношения Марокко и Израиля, особенно после нормализации, начавшейся в 2020 году. Сотрудничество распространилось на военную сферу, разведку, кибербезопасность и высокие технологии. Одновременно с этим правительство Педро Санчеса заняло одну из наиболее жестких в Европе позиций по вопросу военной операции Израиля в Газе, неоднократно подвергая действия израильского руководства резкой критике и выступая за усиление международного давления. Это объективно создало политические противоречия между Мадридом и Тель-Авивом.
Схожая логика применима и к отношениям между администрацией Дональда Трампа и правительством Педро Санчеса. Между Вашингтоном и Мадридом существуют разногласия по вопросам оборонных расходов НАТО и ряду внешнеполитических сюжетов, включая ближневосточную повестку.
При этом и Израиль, и США могут получить ощутимый внутриполитический результат в Испании благодаря этой акции. Европейский опыт последних десяти лет показывает, что масштабные миграционные кризисы практически неизбежно усиливают общественный запрос на безопасность, контроль границ и ужесточение миграционной политики. В Испании это потенциально способно укрепить позиции правых и правоцентристских сил, для которых тема нелегальной миграции уже стала одной из ключевых.
Миграционные кризисы в Европе также традиционно становятся элементом политической риторики в США. Сторонники жесткой миграционной политики, представленные командой Трампа, используют подобные события как аргумент в пользу усиления охраны границы и ограничения нелегальной миграции.
Для нас же главный вывод заключается в том, что наш коллективный противник обладает таким количеством слабых мест, что при должном уровне работы, решительности и новых подходах, в его стране можно вызвать такой кризис, который не оставит им ни сил, ни ресурсов для оказания поддержки украинскому руководству. Где-то - слабые границы, где-то - сепаратистские организации, где-то - конфликты с соседями. Работай - не хочу.
P.S. Испанцев поздравляю с 21-м пакетом санкций против России. Вы очень убедительно боретесь с главной угрозой собственной безопасности.
САРДАРЯН в MAX
Это требует определенной организационной инфраструктуры, распространения информации, выбора времени, концентрации большого числа участников в ограниченном районе и отсутствия эффективного противодействия со стороны правоохранителей на начальном этапе.
В первую очередь, заинтересованностью в прорыве обладало, безусловно, Марокко. Испания и Марокко на протяжении десятилетий сохраняют сложные отношения, главным предметом которых остаются статус Западной Сахары, вопросы вокруг Сеуты и Мелильи, рыболовные соглашения и контроль миграции. История уже знает случаи, когда ослабление марокканского пограничного контроля совпадало с периодами дипломатической напряженности между двумя странами.
Но это - видимая часть айсберга. За последние годы заметно укрепились отношения Марокко и Израиля, особенно после нормализации, начавшейся в 2020 году. Сотрудничество распространилось на военную сферу, разведку, кибербезопасность и высокие технологии. Одновременно с этим правительство Педро Санчеса заняло одну из наиболее жестких в Европе позиций по вопросу военной операции Израиля в Газе, неоднократно подвергая действия израильского руководства резкой критике и выступая за усиление международного давления. Это объективно создало политические противоречия между Мадридом и Тель-Авивом.
Схожая логика применима и к отношениям между администрацией Дональда Трампа и правительством Педро Санчеса. Между Вашингтоном и Мадридом существуют разногласия по вопросам оборонных расходов НАТО и ряду внешнеполитических сюжетов, включая ближневосточную повестку.
При этом и Израиль, и США могут получить ощутимый внутриполитический результат в Испании благодаря этой акции. Европейский опыт последних десяти лет показывает, что масштабные миграционные кризисы практически неизбежно усиливают общественный запрос на безопасность, контроль границ и ужесточение миграционной политики. В Испании это потенциально способно укрепить позиции правых и правоцентристских сил, для которых тема нелегальной миграции уже стала одной из ключевых.
Миграционные кризисы в Европе также традиционно становятся элементом политической риторики в США. Сторонники жесткой миграционной политики, представленные командой Трампа, используют подобные события как аргумент в пользу усиления охраны границы и ограничения нелегальной миграции.
Для нас же главный вывод заключается в том, что наш коллективный противник обладает таким количеством слабых мест, что при должном уровне работы, решительности и новых подходах, в его стране можно вызвать такой кризис, который не оставит им ни сил, ни ресурсов для оказания поддержки украинскому руководству. Где-то - слабые границы, где-то - сепаратистские организации, где-то - конфликты с соседями. Работай - не хочу.
P.S. Испанцев поздравляю с 21-м пакетом санкций против России. Вы очень убедительно боретесь с главной угрозой собственной безопасности.
САРДАРЯН в MAX