05.08.2026 13:29
России нужен единый стандарт психологической помощи участникам СВО Наши ребята, возвращаясь домой, должны быть уверены,
России нужен единый стандарт психологической помощи участникам СВО
Наши ребята, возвращаясь домой, должны быть уверены, что поддержка будет всесторонней. Не только материальная, но и медицинская — включая помощь психолога.
Посттравматическое стрессовое расстройство, постоянная тревога, утрата социальных связей. Этого не покажет ни один рентген, но жить с этим порой не менее тяжело, чем с ранением. Такая же помощь нужна жителям прифронтовых территорий, которые регулярно оказываются под обстрелами ВСУ.
Участник СВО, член ЛДПР Дмитрий Жирков за полмесяца объехал шесть регионов и главной проблемой ветеранов называет именно адаптацию к мирной жизни. О том же говорит и командир добровольческой бригады имени Александра Невского Алексей Верещагин: боец должен быть уверен, что о нём и его семье позаботятся. А на деле человек в тяжёлом состоянии сам выясняет, какое ведомство за что отвечает и куда идти, тратит последние силы на поиски специалиста.
Причина в том, что единого федерального закона о психологической помощи в России нет. Нормы разбросаны по законодательству о здравоохранении, образовании и соцобслуживании, а регионы устанавливают свой порядок.
Мы приступили к разработке законопроекта «О психологической помощи участникам специальной военной операции и отдельным категориям граждан». Он даст чёткий ответ: кто отвечает, какие учреждения помогают и что положено человеку — от кризисной поддержки до длительной реабилитации.
Все, кто прошёл через тяжелейшие испытания — на фронте или в мирном городе под обстрелами, — должны иметь возможность вернуться к полноценной жизни. И государство обязано быть рядом.
Наши ребята, возвращаясь домой, должны быть уверены, что поддержка будет всесторонней. Не только материальная, но и медицинская — включая помощь психолога.
Посттравматическое стрессовое расстройство, постоянная тревога, утрата социальных связей. Этого не покажет ни один рентген, но жить с этим порой не менее тяжело, чем с ранением. Такая же помощь нужна жителям прифронтовых территорий, которые регулярно оказываются под обстрелами ВСУ.
Участник СВО, член ЛДПР Дмитрий Жирков за полмесяца объехал шесть регионов и главной проблемой ветеранов называет именно адаптацию к мирной жизни. О том же говорит и командир добровольческой бригады имени Александра Невского Алексей Верещагин: боец должен быть уверен, что о нём и его семье позаботятся. А на деле человек в тяжёлом состоянии сам выясняет, какое ведомство за что отвечает и куда идти, тратит последние силы на поиски специалиста.
Причина в том, что единого федерального закона о психологической помощи в России нет. Нормы разбросаны по законодательству о здравоохранении, образовании и соцобслуживании, а регионы устанавливают свой порядок.
Мы приступили к разработке законопроекта «О психологической помощи участникам специальной военной операции и отдельным категориям граждан». Он даст чёткий ответ: кто отвечает, какие учреждения помогают и что положено человеку — от кризисной поддержки до длительной реабилитации.
Все, кто прошёл через тяжелейшие испытания — на фронте или в мирном городе под обстрелами, — должны иметь возможность вернуться к полноценной жизни. И государство обязано быть рядом.