17.09.2026 08:15
Мама каждый день уходила из дома ровно в семь утра… Хотя уже десять лет была на пенсии.
Мама каждый день уходила из дома ровно в семь утра… Хотя уже десять лет была на пенсии. Я пошла за ней — и увидела...
В Ярославле моя мама Елена Викторовна уже давно жила спокойной жизнью. Ей было 67 лет, она вышла на пенсию и говорила, что наконец-то сможет отдыхать. Но последние месяцы происходило что-то странное.
Каждое утро ровно в семь она надевала старое серое пальто и уходила. На мои вопросы отвечала коротко:
— Да так… дела есть. Не переживай.
Однажды мой знакомый Дмитрий, который работал рядом с остановкой, сказал мне:
— Слушай, а твоя мама случайно не ездит утром на сорок первом автобусе? Я её часто вижу. Всегда с одной и той же сумкой.
Я сначала не придала значения. Но потом вспомнила, как мама недавно спрятала в шкафу старый детский плед, как долго смотрела на фотографию младенца в семейном альбоме и почему-то вытерла слёзы.
На следующее утро я поставила будильник на 6:30.
Когда мама вышла из квартиры, я тихо пошла следом.
Она села в автобус, потом пересела на трамвай и поехала через весь город. Я держалась подальше, боясь, что она заметит меня.
Через час она вышла возле старой пятиэтажки на улице Речной. Поднялась на третий этаж и вошла в квартиру.
Я ждала почти четыре часа.
А потом дверь подъезда открылась.
Мама вышла оттуда… но не одна.
Рядом с ней...
В Ярославле моя мама Елена Викторовна уже давно жила спокойной жизнью. Ей было 67 лет, она вышла на пенсию и говорила, что наконец-то сможет отдыхать. Но последние месяцы происходило что-то странное.
Каждое утро ровно в семь она надевала старое серое пальто и уходила. На мои вопросы отвечала коротко:
— Да так… дела есть. Не переживай.
Однажды мой знакомый Дмитрий, который работал рядом с остановкой, сказал мне:
— Слушай, а твоя мама случайно не ездит утром на сорок первом автобусе? Я её часто вижу. Всегда с одной и той же сумкой.
Я сначала не придала значения. Но потом вспомнила, как мама недавно спрятала в шкафу старый детский плед, как долго смотрела на фотографию младенца в семейном альбоме и почему-то вытерла слёзы.
На следующее утро я поставила будильник на 6:30.
Когда мама вышла из квартиры, я тихо пошла следом.
Она села в автобус, потом пересела на трамвай и поехала через весь город. Я держалась подальше, боясь, что она заметит меня.
Через час она вышла возле старой пятиэтажки на улице Речной. Поднялась на третий этаж и вошла в квартиру.
Я ждала почти четыре часа.
А потом дверь подъезда открылась.
Мама вышла оттуда… но не одна.
Рядом с ней...