Мой дядя постоянно смотрел на моего жениха с какой-то странной ревностью — а потом пригласил меня на ужин наедине и сказ
Когда я впервые заметила, как мой дядя смотрит на нас, я попыталась убедить себя, что мне всё просто кажется.
Мне было двадцать восемь.
Моему дяде Андрею было пятьдесят два.
После смерти моего отца Андрей стал самым близким мне мужчиной в нашей семье.
Мне было всего одиннадцать, когда я потеряла папу, и с того самого момента Андрей был рядом на каждом важном событии моей жизни.
На выпускном в школе.
В мой первый день в университете.
Когда я устроилась на свою первую работу.
Даже когда я купила первую машину, он три часа проверял её, потому что хотел убедиться, что никто не пытается меня обмануть.
Он всегда говорил мне:
— Ты не просто дочь моего брата. Я люблю тебя как собственного ребёнка.
И я никогда не думала, что в этих словах может быть что-то странное.
Пока в моей жизни не появился Дмитрий.
Я познакомилась с Дмитрием по работе.
Ему было тридцать три, он был обаятельным, спокойным и всегда, казалось, точно знал, что нужно сказать.
Через шесть месяцев он уже познакомился со всей моей семьёй.
Он сразу понравился всем.
Всем, кроме Андрея.
На первом семейном ужине, куда пришёл Дмитрий, я заметила, что мой дядя почти не разговаривает.
Он просто наблюдал за ним.
Это был не обычный взгляд чрезмерно опекающего родственника, который пытается понять, достаточно ли хорош для меня этот мужчина.
В этом было что-то более тяжёлое.
Каждый раз, когда Дмитрий брал меня за руку, у Андрея напрягалась челюсть.
Каждый раз, когда Дмитрий обнимал меня за плечи, мой дядя отводил взгляд.
Однажды я даже услышала, как мама сказала ему:
— Андрей, она уже взрослая. Ты не можешь смотреть на каждого мужчину в её жизни так, будто он враг.
Андрей тихо ответил:
— Я не на каждого мужчину так смотрю.
Эта фраза засела у меня в голове.
Потом состоялась моя помолвка.
Дмитрий надел кольцо мне на палец, а все вокруг аплодировали.
Я плакала от счастья.
Но когда я посмотрела на Андрея, он не улыбался.
Он был бледным.
Позже он обнял меня чуть дольше обычного и прошептал:
— Если тебе когда-нибудь покажется, что что-то не так, звони мне. Даже если будет три часа ночи.
Я немного отстранилась.
— Дядя Андрей, почему ты это говоришь?
Его взгляд переместился на Дмитрия.
— Ничего. Забудь.
Но я не забыла.
В следующие несколько недель его поведение стало ещё более странным.
Однажды вечером мы с Димой ужинали в ресторане, когда я случайно увидела Андрея на другой стороне улицы.
Он смотрел прямо на нас.
Как только наши взгляды встретились, он развернулся и ушёл.
В другой раз он позвонил мне и спросил:
— Дмитрий сейчас с тобой?
— Нет.
Он молчал несколько секунд.
— Хорошо. Я просто хотел услышать твой голос.
Это был первый момент, когда мне действительно стало не по себе.
И тогда в голову начали лезть мысли, которых я сама стыдилась.
А что, если привязанность моего дяди ко мне с годами как-то изменилась?
Что, если то, что я всегда считала отцовской заботой, уже не было полностью отцовским?
Я начала немного отдаляться от него.
И именно тогда дядя Андрей прислал мне сообщение...