13.10.2026 10:15
Во время страшного лесного пожара молодой пожарный спас из горящего дома старую знахарку, которую все в деревне считали ведьмой...
Во время страшного лесного пожара молодой пожарный спас из горящего дома старую знахарку, которую все в деревне считали ведьмой... А едва он вынес ее, она вцепилась в его руку и прошептала такое, от чего у него подкосились ноги...…
Огонь уже перескочил через Чёрный ручей и стремительно приближался к деревне, когда в рации раздался взволнованный голос добровольца. На самой опушке оставалась старая изба. Внутри могла находиться баба Галя — одинокая знахарка, которую местные за глаза называли ведьмой.
Никто не решался идти за ней. Пламя охватило деревья, искры летели над просекой, а до избы было почти полтора километра через горящий лес.
Тарас Кравченко бросил пожарный ствол и побежал, не слушая приказов начальника. Жар обжигал лицо даже сквозь защитную маску. Несколько раз ему приходилось сворачивать, спасаясь от падающих сосен, но вскоре из клубов дыма показалась покосившаяся избушка.
Окна уже лопались от огня. Тарас выбил дверь плечом и нырнул внутрь. В густом дыму ничего не было видно. Он двигался почти на ощупь, пока возле печи не обнаружил неподвижное тело старухи.
Едва он поднял её на руки, сверху рухнула горящая балка. Тарас успел отшатнуться и бросился к выходу. Пламя охватило дверной проём, куртка на его спине начала тлеть, однако он прорвался наружу.
Через мгновение крыша избы обвалилась с оглушительным грохотом.
Старуха закашлялась и открыла глаза. В её взгляде не было ни страха, ни растерянности. Она долго всматривалась в покрытое копотью лицо пожарного, словно узнала его.
— Ты ещё придёшь ко мне, спаситель, — хрипло произнесла она.
Несколько дней спустя Тарас снова оказался в деревенском медпункте. Баба Галя лежала неподвижно, почти не приходя в сознание. Он просидел рядом до позднего вечера, а затем поднялся, решив, что больше ничего от неё не услышит.
В ту же секунду слабые пальцы сомкнулись на его запястье. Старуха открыла глаза и с неожиданной силой притянула его к себе. Тарас наклонился к самым её губам; она вцепилась в его руку и прошептала несколько едва слышных слов — и у него подкосились ноги...
Огонь уже перескочил через Чёрный ручей и стремительно приближался к деревне, когда в рации раздался взволнованный голос добровольца. На самой опушке оставалась старая изба. Внутри могла находиться баба Галя — одинокая знахарка, которую местные за глаза называли ведьмой.
Никто не решался идти за ней. Пламя охватило деревья, искры летели над просекой, а до избы было почти полтора километра через горящий лес.
Тарас Кравченко бросил пожарный ствол и побежал, не слушая приказов начальника. Жар обжигал лицо даже сквозь защитную маску. Несколько раз ему приходилось сворачивать, спасаясь от падающих сосен, но вскоре из клубов дыма показалась покосившаяся избушка.
Окна уже лопались от огня. Тарас выбил дверь плечом и нырнул внутрь. В густом дыму ничего не было видно. Он двигался почти на ощупь, пока возле печи не обнаружил неподвижное тело старухи.
Едва он поднял её на руки, сверху рухнула горящая балка. Тарас успел отшатнуться и бросился к выходу. Пламя охватило дверной проём, куртка на его спине начала тлеть, однако он прорвался наружу.
Через мгновение крыша избы обвалилась с оглушительным грохотом.
Старуха закашлялась и открыла глаза. В её взгляде не было ни страха, ни растерянности. Она долго всматривалась в покрытое копотью лицо пожарного, словно узнала его.
— Ты ещё придёшь ко мне, спаситель, — хрипло произнесла она.
Несколько дней спустя Тарас снова оказался в деревенском медпункте. Баба Галя лежала неподвижно, почти не приходя в сознание. Он просидел рядом до позднего вечера, а затем поднялся, решив, что больше ничего от неё не услышит.
В ту же секунду слабые пальцы сомкнулись на его запястье. Старуха открыла глаза и с неожиданной силой притянула его к себе. Тарас наклонился к самым её губам; она вцепилась в его руку и прошептала несколько едва слышных слов — и у него подкосились ноги...