Начал читать книгу историка, одного из лучших германистов Николая Власова «Новое начало?
Я не знал, как худо обстояло дело с едой в западной части Германии:
Нормы выдачи продовольствия по карточкам были откровенно небольшими. Даже в относительно благополучной американской зоне они составляли 1330 калорий в день - существенно ниже того, что считалось минимально необходимым; в английской и французской зонах паек был более скудным: 1050 и 900 калорий соответственно. Но реально обеспечить выдачу даже этого объёма оказывалось возможным далеко не всегда. Причины были вполне объективными, однако многие немцы воспринимали сложившуюся ситуацию как сознательный обман, желание уморить германское население голодом.
Особенно плохо обстояли дела в британской зоне оккупации, где находились крупные города.
Ситуация здесь уже в 1946 г. стала почти катастрофической. Нередки были случаи, когда люди ослабевали настолько, что не могли выйти на работу - например, в Кёльне, где реальный объём выдачи продовольствия по карточкам сократился в начале 1947 г. до 746 калорий в день».
(самыми «добрыми», как всегда, оказались англичане)
Власов описывает, что никакого покаяния за нацизм – тем более в таких условиях голода, разрухи и расцвета преступности – у послевоенных немцев не было:
«Знаменитый пастор М. Нимёллер, выступая в январе 1946 г. с проповедью в Эрлангене перед студенческой аудиторией, заявил о том, что все немцы должны осознать свою вину; аудитория ответила бурным протестом, слушатели массово покидали помещение. В результате следующее выступление Нимёллера в Марбурге пришлось отменить. Рядовые немцы и слышать не хотели о национальной вине и национальной ответственности».
(После 1946 года денацификация в Германии фактически была остановлена)
«Даже спустя несколько лет после окончания войны многие немцы вспоминали Третий рейх с теплотой. На рубеже 1940-50-х больше половины опрошенных заявляли, что национал-социализм сам по себе был хорошей идеей; в качестве особенно позитивной характеристики подчеркивалась способность режима поддерживать порядок внутри страны. 40% немцев называли период с 1933 по 1939 г. лучшим временем в германской истории; большинство оставшихся выбирали Второй рейх, и только 2% — современную им ФРГ. Около трети западных немцев считали Гитлера выдающимся государственным деятелем; примерно столько же считали, что Германии будет лучше без евреев. В 1948 г. в американской оккупационной зоне менее половины опрошенных называли демократию предпочтительным принципом государственного устройства. Оценивая эти цифры, важно помнить, что в период оккупации и денацификации значительная часть опрашиваемых имела мотив скрывать свои реальные воззрения (т.е. пронацистские взгляды на самом деле были сильнее, чем показывали соцопросы – Т.)
Летом 1949 г. в городских администрациях Верхней Баварии бывшие члены НСДАП составляли 42% чиновников, бывшими нацистами являлись 60% баварских судей; в британской оккупационной зоне этот показатель доходил до 80%».