Максим Матвеев и Алина Насибуллина: мистика «Шурале»
Максим, для съемок в «Шурале» вы обращались к мифам и легендам Башкирии и Татарстана?
Максим: Нет, потому что мне не хотелось хоть как-то показывать осознанность и сведущность Михаила в мире, в который он попадает. Это должно было быть дисгармонично, максимально неорганично. Но я в принципе глубоко погружен в мифы, обряды, культуру народов, населяющих Евразию. Недавно нашел на каком-то развале толстенный советский справочник «Энциклопедия мифических существ», связанных со славянской и околославянской мифологией.
Вас давно это увлекает?
Максим: Достаточно. И дико завораживает. Лет 7–8 назад я захотел снять или хотя бы написать собственную страшную сказку. Алина меня опередила, поэтому откажусь от идеи. Мне безумно интересна природа страха.
Алина, а вас глобально тянет к мистике, к познанию чего-то неизведанного?
Алина: Мне кажется, это манит плюс-минус каждого. Но я не исследую мифы и фольклор, это дело Максима. Я наоборот, наверное, какие-то земные, прозаичные, человеческие темы, о которых пока напрямую не могу говорить, пыталась спрятать, завернуть в миф.
А больше о татарской мифологии читайте в рубрике «Что-то ужасное».