02.08.2026 07:17
Ну что, поехали.
Ну что, поехали.
Первый вызов. Мужчина, 44 года, рвота с кровью.
Вызывает мама.
Приезжаю, на кровати лежит этот телёнок, спит, рядом тазик стоит, кровь в тазике и правда есть. Тёмненькая, чёрненькая, всё как положено при желудочно кишечном кровотечении.
Мужчина пьет около 10 дней, сам жалоб никаких не предъявляет, всё у него хорошо.
Я его разбудил, и был послан на 3 буквы. Никакой помощи, а уж тем более госпитализации ему не надо, даже осмотреть себя не дал.
Мама там переживает за него, суетится, но ему насрать. Какая-либо эмпатия к таким людям у меня давно отсутствует. Взрослый мужик в праве сам отвечать за свои действия.
Маме его я всё объяснял, сценарий у нас один в таком случае:
- «Вызывайте когда без сознания будет, тогда поможем. Насильно этого телёнка никто никуда не потащит, медицина у нас добровольная»
Мама извинилась, ну а я уехал. К вечеру ждем повторный вызов туда.
Первый вызов. Мужчина, 44 года, рвота с кровью.
Вызывает мама.
Приезжаю, на кровати лежит этот телёнок, спит, рядом тазик стоит, кровь в тазике и правда есть. Тёмненькая, чёрненькая, всё как положено при желудочно кишечном кровотечении.
Мужчина пьет около 10 дней, сам жалоб никаких не предъявляет, всё у него хорошо.
Я его разбудил, и был послан на 3 буквы. Никакой помощи, а уж тем более госпитализации ему не надо, даже осмотреть себя не дал.
Мама там переживает за него, суетится, но ему насрать. Какая-либо эмпатия к таким людям у меня давно отсутствует. Взрослый мужик в праве сам отвечать за свои действия.
Маме его я всё объяснял, сценарий у нас один в таком случае:
- «Вызывайте когда без сознания будет, тогда поможем. Насильно этого телёнка никто никуда не потащит, медицина у нас добровольная»
Мама извинилась, ну а я уехал. К вечеру ждем повторный вызов туда.