Апостол дня 28 мая 2026 Деян., 48 зач., XXV, 13-19. 13 Через несколько дней царь Агриппа и Вереника прибыли в Кесарию п

Апостол дня
28 мая 2026

Деян., 48 зач., XXV, 13-19.
13 Через несколько дней царь Агриппа и Вереника прибыли в Кесарию поздравить Феста.
14 И как они провели там много дней, то Фест предложил царю дело Павлово, говоря: здесь есть человек, оставленный Феликсом в узах, 
15 На которого, в бытность мою в Иерусалиме, с жалобою явились первосвященники и старейшины Иудейские, требуя осуждения его.
16 Я отвечал им, что у Римлян нет обыкновения выдавать какого-нибудь человека на смерть, прежде нежели обвиняемый будет иметь обвинителей налицо и получит свободу защищаться против обвинения.
17 Когда же они пришли сюда, то, без всякого отлагательства, на другой же день сел я на судейское место и повелел привести того человека.
18 Обступив его, обвинители не представили ни одного из обвинений, какие я предполагал; 
19 Но они имели некоторые споры с ним об их Богопочитании и о каком-то Иисусе умершем, о Котором Павел утверждал, что Он жив.
 
Комментарий⤵️
Римский прокуратор Порций Фест, о котором упоминается в только что прозвучавшем отрывке, оказался в затруднительной ситуации. Иудеи требовали, чтобы он осудил апостола Павла на смерть. Однако сам Павел, будучи римским гражданином, потребовал суда кесаря. Это означало, что его дело должно было рассматриваться высшей судебной инстанцией в имперской столице, где меньше шансов на коррупцию и заговор. И по закону Фест не мог ему отказать. Однако здесь-то чиновник и сталкивается с проблемой. Ведь теперь Фест должен составить императору письменный доклад с обоснованием отправки узника.

По словам Феста, иудейские обвинители не представили «ни одного из обвинений, какие я предполагал». Вместо этого, «они имели некоторые споры с ним об их Богопочитании и о каком-то Иисусе умЕршем, о Котором Павел утверждал, что Он жив». Самое важное слово здесь переведено на русский язык как «богопочитание». В греческом оригинале оно весьма двусмысленно. Оно может означать и «благочестие», то есть уважительное отношение к божеству. Но также может означать и дикое суеверие, тёмный предрассудок. Римляне часто называли иудаизм именно этим пренебрежительным словом, намекая на фанатизм евреев.

Именно в этом и заключается причина тупика, в котором оказался Фест. Он просто не знает, как именно квалифицировать преступление Павла. Он не видит его состава. Фест привык иметь дело с бунтовщиками, убийцами, фальшивомонетчиками. А тут ему подсунули какую-то довольно непонятную историю о вероучительных распрях с явным, по его мнению, сектантским душком. Вместо уголовного дела философские споры. А потому он испытывает профессиональное недоумение, раздражение и скуку.

Скука и недоумение Феста — это не его личная глупость. Скорее, это диагноз миру, который не может увидеть и понять радости Воскресения. Миру нужен яркий перфоманс. Именно поэтому Фест и представляет это дело как незначительное и торопится побыстрее переложить его в архив. И, видимо, для нас это также урок. Ведь всегда есть соблазн сделать веру более привлекательной для окружающих, путём добавления в неё эффектных обещаний успеха и комфорта.

Отношение Феста показывает, что стратегия апостола Павла была иной. Он не развлекал прокуратора, чтобы привлечь его внимание. И он не боялся выглядеть неэффективно. Он свидетельствовал об Истине воскресения в простоте слова: «Христос умер, и Он жив». И считал, что этого неукрашенного слова вполне достаточно и звучит оно довольно громко. Ведь, как точно заметил об этом один современный пастырь, «христианство — это тоже скандал, но скандал не уголовный, а метафизический». Просто кто-то не в силах это увидеть. А потому вряд ли стоит расстраиваться из-за того, что человеку с психологией Феста, наблюдателю со стороны, христианство всегда будет скучновато. Наша задача быть всегда готовым пойти путём исполнения заповедей Евангелия. Быть готовым на практике исполнить то, к чему призывает Христос. Чтобы та скука, от которой страдал римский прокуратор, не стала одолевать нас самих.