Коля с Анютой регулярно сжигают друг друга дотла.

Коля с Анютой регулярно сжигают друг друга дотла.
Это война.
Война женской хитрости и мужской силы. Никто так не умеет поддеть и ковырнуть, как младшая сестра. И никто так бескомпромиссно ее не останавливает силой, как старший брат. Выглядит это кошмарно. Мы работаем над этим всей семьей: пряником, кнутом, уговорами, угрозами, лаской и встряской. Мало что помогает. Воображение рисует мне картины, как они вырастают и продолжают эту войну.
Но иногда… Иногда...
...
Темный ноябрьский вечер. За окном ветер и дождь. Я копошусь в своей комнате, Коля с книгой на диване. Он читает и время от времени ковыряется в какой-то железке.
Ко мне подходит Анюта. Она смотрит на меня прекрасными синими глазами.
― Мамочка, можно мне проволоку?
― ?!
― Для Филиппа.
― ???!
― Ну, он плетет мне браслетики из бисера.
Анютины глазки блещут, она улыбается чему то своему, девичьему.
Я говорю: конечно, можно. Бери, Анюта, вот там на полке.
― А что, ― интересуюсь я между прочим, ― он плетет браслетики всем девочкам в классе?
― Нет, только мне, ― говорит Анюта, продолжая улыбаться.
Теперь улыбаюсь я, присаживаясь на диван. Я смотрю в Анютины васильковые глаза, на светлые пряди волос, на то, как она улыбается и как трогательно смущается. Моя девочка... Что же будет дальше, думаю я.
― И что, Анюта, много ли из них в тебя влюблены? ― спрашиваю я.
― Нет, мама, только один, ― Анюта заводит небесные глазки куда-то в область неба, где скачут, очевидно, розовые пони.
И тут. Тут Коля внезапно отрывается от ковыряния своей железки. Он смотрит на нас, на меня и Анюту, абсолютно просто и без колебания. Он совершенно прямой и ясный сейчас. Никакого сомнения, что сейчас будет какое-то откровение.
У него, оказывается, есть свое четкое мнение на вопрос «кто, Анюта, в тебя влюблен».
― Я думаю, все! ― говорит он, откладывая железку.
Четко. Без доли сомнения.
Я обретаю себя в оглушительной тишине. Что? Что сейчас было?! Я не верю своим ушам!
Что ты сказал, Коля? Ты же только что эту Анюту душил от всей души, у меня до сих пор барабанные перепонки бьются в истерике от ее воплей. Ты же считаешь ее худшей сестрой на планете Земля. И даже во всей Солнечной системе.
Ты же… Ты...
Окидываю взглядом комнату, детей, смотрю за окно...
Мы говорим. Выясняется, что браслетики там в подарок от одного, от другого комплименты, третий просто держит за руку, четвертый… И у нас идет большой разговор о том, как важно быть бережным с тем, кто тебя любит.
― Почему, мам? Почему бережным? ― спросит меня Коля.
― Потому что любовь делает тебя очень уязвимым. Это большая ответственность, ― быть любимым кем-то, ― отвечу я.
Я смотрю сквозь стекло на ноябрьский дождь, на фонарь во дворе. На темноту за окном. Там холод и ветер.
Но мне тепло. Мне тепло оттого, что есть большая сила и радость в этом: видеть и отделять второстепенное от главного. Временное от вечного. И любовь от шелухи повседневности.

Даша Клыкова

«Что-то личное»:
Простые рецепты осмысленной жизни. Подпишись! ✔️