Под бабушкиным крылышком: ночные смены и фиалки

Под бабушкиным крылышком

Бабушка ложилась спать позднее всех. А когда готовила отчеты, брала работу на дом и не спала почти до утра.

На подоконнике дремали фиалки в горшочках, тесно прижавшись друг к другу.
Вот только бабушке было не до сна. Работала в проходной комнате квартиры-хрущевки за большим квадратным столом. Садилась и начинала считать, вооружив свои добрые внимательные глаза очками.

На столе царствовали толстые бухгалтерские книги с потертыми картонными обложками и большие деревянные счеты. Они монотонно стучали, послушные бабушкиным пальцам, — тук-тук...
Вплотную к столу бабушка придвигала торшер в виде двух склонившихся абажуров, похожих на перевернутые синтетические ведерки — голубоватое и желтоватое. Торшер покорно гнул двуххребетную спину и светил прицельно из обоих «ведерок» на бабушкину калькуляцию. Старался, оставляя в сонном полумраке остальную скромную обстановку.

К стенам прижимались невысокий сервант, украшенный по верху фарфоровыми статуэтками. Трехногий журнальный столик с пятнышками от моего пластилина. Тумбочка с громоздким телевизором-комбайном на ней. И узкий диванчик с откидной спинкой. На нём обычно стелили постель для меня, даже не откидывая эту спинку: я была худенькая, умещалась и так.

Переодевшись в трикотажную пижаму, я впечатывалась щекой в пышную подушку. Заворачивалась в теплое одеяло, заправленное в белый пододеяльник, закутывалась почти до глаз и смотрела, как из сугроба. Сначала разглядывала фарфоровые фигурки на серванте. Тускло виднелись они мне, едва различимо. Старик и золотая рыбка, Алёнушка с братцем Иванушкой, какая-то кокетливая девица, изящно творящая себе прическу.

Глаза слипались. Я посматривала на сервант, на стол, на торшер, на бабушку, стучащую счетами — тук-тук... В моей голове крутился калейдоскоп из обрывков прошедшего дня. И я проваливалась в сон.
Хорошо, если у вас было или есть такое доброе местечко, где можно уединиться от суеты. Отдохнуть, помечтать, умиротвориться. Почувствовать себя под защитой.
Я очень любила тихий сон под бабушкиным крылышком, когда была маленькой. А став взрослой, поняла — это же было моё особенное место! Оно не сравнится ни с каким другим. Место, где можно крепко-крепко спать, не боясь ничего, и видеть фантастические сны. Которые потом забудутся напрочь.

Останется в памяти только приглушенный свет, фарфоровые силуэты на серванте и успокаивающий стук бабушкиных счетов в тишине — тук-тук…

Юлия Карпинен
Картина Нино Чакветадзе

Что-личное: о личном с любовью. Подпишись!