Последняя просьба Марьяна возвращалась из отпуска, самолет выруливал на стоянку, а она поглядывала в иллюминатор, думая
Марьяна возвращалась из отпуска, самолет выруливал на стоянку, а она поглядывала в иллюминатор, думая:
- Если бы не поссорились с Тимофеем, он бы меня встречал в аэропорту, но не встретит, я знаю. Впереди Новый год, придется встречать одной, или уйду к подруге, у нее скорей всего будет компания.
Как и думала, Марьяну никто не встретил, получив свой багаж, поехала домой на такси. Она вернулась с отдыха на теплом море, вернулась в свой заснеженный город. Из квартиры выходить не хотелось, впереди еще полторы недели отпуска.
- Ритке звонить пока не буду, тем более Тимофею. Не собираюсь первая мириться, хотя можно было позвонить и извиниться, сама виновата, сама начала ту ссору. Ладно, если любит меня, помиримся, а пока пусть помучается, - думала Марьяна, разбирая чемодан.
Вечер провела в одиночестве, слоняясь по квартире из угла в угол, не зная чем себя занять. Так и улеглась спать пораньше, устала с перелетом, решив, что утро вечера мудренее.
Утром проснувшись твердо решила поехать в деревню к бабушке.
- Как она там, моя бабуля, давненько не навещала ее. Вот и встретим с ней вместе Новый год. Никогда я с ней не встречала этот праздник, а ведь она уже старенькая, пока еще жива надо бы почаще ее навещать, а мне все некогда, не до нее. Точно, решено, махну-ка я в деревню.
Марьяна в детстве любила вечерами прижаться к бабушке Дусе, когда ее на каникулы мама привозила в деревню. Деревушка была небольшой, словно Богом забытый уголок, но рядом с бабушкой было тепло и хорошо. Она много знала историй из той жизни, когда была молодой, нелегка была ее жизнь, а внучка слушала внимательно. На самом деле Евдокия была прабабушкой Марьяны, а бабушка умерла, болела и она ее почти не помнила. Зато эту старенькую бабулю очень любила.
Марьяна позавтракала, собрала небольшую сумку, задумалась.
- Надо бы по пути на автобус зайти в супермаркет, купить что-то вкусненького бабуле, мандарины обязательно…ну ладно, там решу.
Только собралась выйти из квартиры, зазвенел телефон, звонила подруга Рита.
- Привет, подруга, с приездом, верней с прилетом, как добралась, надеюсь все в порядке? Как отдохнула, что делаешь, - тараторила Ритка, не давая возможности ответить ей. – Марьянка, ну ты чего молчишь? Зазналась что ли, слетала в Турцию, - смеялась она.
- Рита, привет, ты же слова не даешь вставить. У меня все отлично, - проговорила она, - отдохнула классно, долетела тоже. Сейчас собираюсь в деревню, надо навестить бабушку, старенькая она уже, там встречу Новый год.
- Ну вот, а я хотела тебя пригласить к себе на Новый год. Тимка твой напросился тоже ко мне в гости встречать праздник, видимо надеясь, что ты тоже будешь.
- Нет, я к бабуле, как-то неспокойно мне, старенькая она, а потом и не к кому съездить будет…
- Может передумаешь?
- Нет, не передумаю, - твердо ответила Марьяна, а Тимофей… ну не знаю, будь, что будет, но я уже собралась в деревню и сейчас выхожу из дома.
Поездка в деревню
Марьяна сидела в автобусе у окна и поглядывала на заснеженные поля и леса, ехать до деревни два часа, а там еще три километра пешком. А если повезет – на попутке.
Бабушка Дуся умела терпеливо выслушивать Марьяну, все ее девичьи секреты, но и сама много чего рассказывала. Внучке даже казалось, что бабушка сама придумывает эти истории.
До деревни добралась под вечер. Ей повезло, где-то на середине дороги ее догнала машина, местный житель Семен подвез ее до Евдокии.
- Ах ты, золотая моя внученька, вспомнила про меня под Новый год. Ты моя, хорошая, - обнимала бабушка ее, увидев Марьяну на пороге. - Проходи, небось оголодала. Суп у меня простецкий сварен, в печи стоит… Ой ты, душа моя! А я сегодня с утра радуюсь чему-то, а самой невдомек, с чего бы у меня хорошее настроение. А вот, Марьянушка моя золотая приехала, - суетилась Евдокия, ей казалось, что она быстро все делает, а на самом-то деле тихо-тихо, ей под девяносто лет, восемьдесят девять. – Видит Бог, не ждала тебя, думала, как же так, Новый год, в городе будешь встречать.