Моя подруга Татьяна работала в городской типографии наборщицей.

Моя подруга Татьяна работала в городской типографии наборщицей. Очень позитивная, веселая, неунывающая, она первая бежала на помощь, даже если ее не просили. Помогали и ей: когда муж бросил Таню с грудным ребенком, а свекровь сменила замок в квартире, молодой матери выделили комнату в общежитии, обставили ее мебелью, какой кто мог, устроили крошечного Сашу в ясли. И наша Танечка опять заулыбалась, зазвенел ее голосок.

Но потом стала отниматься у нее правая рука. Версий у врачей было много, варианты лечения — самые разнообразные, однако ни один не помог. А тут пришла в типографию женщина по имени Зинаида, чтобы заказать адрес ко дню рождения своего шефа. Татьяна набрала текст, кое-что в нем исправила, что-то хорошее добавила. Зинаида осталась очень довольна. Увидев, с каким трудом орудует Таня правой рукой, Зина поинтересовалась, что случилось.
— Не знаю, — призналась Татьяна. — Да и врачи толком не знают. Так тяжело приходится...
Зинаида взяла больную руку, погладила, что-то пошептала, и Таня впервые за много дней почувствовала облегчение.

Женщины подружились. Зинаида стала приходить в общагу к Тане, занималась ее рукой, а когда Саша порезал руку гвоздиком, остановила кровь и быстро заживила рану.

Вот уже с рукой все стало хорошо, вот уже и соседям Татьяны Зинаида помогла по мелочам. Но вдруг Саша заболел. Да так, что ни врачи, ни Зинаида не могли помочь. Веселый непоседа, такой же жизнерадостный, как мама, вдруг стал безжизненным, равнодушным. И Татьяна стала замечать: сыну становилось особенно плохо после визита Зинаиды. Мало того, ребенок чуть ли не со слезами уходил к соседям, едва увидев входящую в комнату тетю Зину. А когда та гладила его по головке, прямо в комочек сжимался. Татьяна рассказала о своих подозрениях на работе в типографии, и кто-то из коллег дал ей адрес ведуньи бабушки Фроси...

Саша с удовольствием пожал бабушке руку, заулыбался.
— У, какой молодчага, — похвалила та. — А скажи, что за гадюку пригрела твоя мама на своей груди?
И пусть вопрос, хоть и иносказательно, был адресован Татьяне, Саша широко развел руки в стороны и заявил:
— Во-от такая гадюка! Ее зовут тетя Зина!

Бабушка Фрося прочитала молитву, окропила ребенка святой водой, приложила иконку Пресвятой Богородицы к груди и головке. Дала водичку с собой: ею нужно окропить комнату, а остатки разлить на порог. «Гадюке» можно высказать свое мнение о ней, но в общежитие не пускать.
— Да она и сама не сможет войти, — сказала бабуля. — А гладить по голове мальчонку никому не позволяй.

Зинаида сунулась было на следующий день, но и вправду не смогла переступить порог общаги. Татьяна через окно со второго этажа громко высказывала свое мнение о ней.
— Да я чуть-чуть от Саши заряжалась, ну, самую капельку, — оправдывалась Зинаида. — Иначе я никому не смогла бы помочь.
Татьяна ей ответила. Да так, что Зинаида ушла и никогда больше не появлялась. Наверное, нашла себе другой источник энергии.