01.09.2026 08:37
С Вадиком я познакомился на призывном пункте, где нас, новобранцев, собрали для отправки в армию.
С Вадиком я познакомился на призывном пункте, где нас, новобранцев, собрали для отправки в армию. Так получилось, что мы были зачислены в одну команду и служить попали в одну часть. Вадик чуть прихрамывал на левую ногу, но при ходьбе строевым шагом хромота была незаметна. Я спросил товарища, что произошло с ним, отчего он то хромает, то нет. И вот что рассказал мой товарищ.
За год до призыва в их село приехали две девушки - по распределению работать в больнице медсестрами. Одна девушка, Лена, ему понравилась, и они стали встречаться.
Лена нравилась не только Вадику, и у ребят на этой почве возникали стычки. После одной из них парня начали тревожить боли в левой ноге. Мама Вадика думала, что это пяточная шпора, как когда-то было у его отца, и стала лечить сына теми же средствами, что и своего мужа. Но боли только усиливались, и Вадик уже не мог передвигаться без помощи тросточки.
Как-то за селом табором стали цыгане. Женщины-цыганки ходили по селу: то гадали, то просто попрошайничали. Однажды к их дому подошла цыганка с кучей ребятишек и попросила воды. Увидела, что Вадик хромает, сказала:
— Да ты, парень, порченый. Приходика завтра по утру босым по росе к нам в табор, я тебя вылечу.
Вадик пообещал прийти, хотя его мама была против.
Утром Вадик пошел босым в цыганский табор за село. Рассказал, что ходил туда три дня, и цыганка смазывала ногу какими-то вонючими мазями и что-то нашептывала. На третий день сняла с ноги повязку и бросила ее в огонь.
— Вот и все, - сказала цыганка, - иди, ты здоров. Тебе порчу сделали из-за девушки по просьбе твоих дружков.
Вадик пошел домой без тросточки, правда, прихрамывая, но больше по привычке. И уже в армии, забывшись, он начинал прихрамывать, но, спохватившись, шел уверенно.
Мама Вадика рассчиталась с цыганамии была очень им благодарна.
За год до призыва в их село приехали две девушки - по распределению работать в больнице медсестрами. Одна девушка, Лена, ему понравилась, и они стали встречаться.
Лена нравилась не только Вадику, и у ребят на этой почве возникали стычки. После одной из них парня начали тревожить боли в левой ноге. Мама Вадика думала, что это пяточная шпора, как когда-то было у его отца, и стала лечить сына теми же средствами, что и своего мужа. Но боли только усиливались, и Вадик уже не мог передвигаться без помощи тросточки.
Как-то за селом табором стали цыгане. Женщины-цыганки ходили по селу: то гадали, то просто попрошайничали. Однажды к их дому подошла цыганка с кучей ребятишек и попросила воды. Увидела, что Вадик хромает, сказала:
— Да ты, парень, порченый. Приходика завтра по утру босым по росе к нам в табор, я тебя вылечу.
Вадик пообещал прийти, хотя его мама была против.
Утром Вадик пошел босым в цыганский табор за село. Рассказал, что ходил туда три дня, и цыганка смазывала ногу какими-то вонючими мазями и что-то нашептывала. На третий день сняла с ноги повязку и бросила ее в огонь.
— Вот и все, - сказала цыганка, - иди, ты здоров. Тебе порчу сделали из-за девушки по просьбе твоих дружков.
Вадик пошел домой без тросточки, правда, прихрамывая, но больше по привычке. И уже в армии, забывшись, он начинал прихрамывать, но, спохватившись, шел уверенно.
Мама Вадика рассчиталась с цыганамии была очень им благодарна.