Год я находил на могиле жены чужие цветы.

Год я находил на могиле жены чужие цветы. Однажды спрятался и услышал как незнакомый мужчина говорит такое, от чего у меня все оборвалось.

Год, как не стало Ольги.


Каждое пятнадцатое число я приходил на кладбище. В одно и то же время, по одному и тому же маршруту. Ставил цветы, сидел немного, уходил.


Первые месяцы это помогало. Просто приходить. Просто сидеть рядом.


В октябре я впервые заметил чужие цветы.


Белые лилии в стеклянной вазе. Свежие, только что поставленные. Я решил — кто-то из её подруг вспомнил, зашёл. Не придал значения.


В ноябре они были снова.


В декабре — тоже.


Я начал приходить в разное время — раньше, позже. Цветы всегда оказывались там до меня. Кто-то приходил регулярно, явно зная расписание. Но кто — я не понимал.


Ольга была человеком негромким. Близкий круг небольшой — несколько подруг, коллеги, родственники. Я знал всех. Никто из них не подходил.


В январе я подошёл к сторожу — пожилой мужчина, убирал дорожку у ограды.


— Простите. Вы не знаете, кто приносит цветы на ту могилу? Белые лилии.


Он кивнул, не удивившись.


— Каждую пятницу приходит один мужчина. Уже почти год. С самого начала, считай.


С самого начала.


Значит, первый раз он пришёл раньше меня. Ещё до того, как я успел осознать, что она умерла.


Сторож стал описывать — рост, возраст примерно мой, седые пряди в волосах, всегда один, всегда с белыми лилиями, всегда в пятницу утром.


Я перебирал в голове всех, кого знал. Никто не совпадал. Совсем.


Я не спал несколько ночей. Не потому что злился. Просто не мог понять — кто этот человек? Откуда он знал Олю? Почему она никогда не упоминала его? И почему лилии — именно лилии, которые она любила, но о которых я сам часто забывал?


На следующей пятнице я встал в половину седьмого.


Приехал на кладбище задолго до открытия главных ворот — вошёл через боковую калитку. Встал за старыми соснами в стороне от дорожки. Оттуда была видна могила, но меня не было видно.


И стал ждать.


Прошло минут сорок. Было холодно. Я несколько раз хотел уйти. Но оставался.


Потом сторож прошёл мимо и тихо сказал, не останавливаясь:


— Он уже здесь.


Я шагнул из-за деревьев.


И увидел его.


Мужчина стоял у могилы спиной ко мне. Плечи опущены. Букет белых лилий уже стоял в вазе. Он не двигался — просто стоял и смотрел на камень.


Потом медленно опустился на колени.


И я услышал его голос — тихий, почти шёпот, но в утренней тишине каждое слово было отчётливым.


— Прости меня. За то, что я это сделал.


Я замер.


Что сделал?...ПОКАЗАТЬ ПОЛНОСТЬЮ