09.05.2026 11:56
Вчера мы писали о доме в Малых Корелах, а сегодня о более известном памятнике архитектуры – Усадьбе Марии Тимофеевны Куницыной.
Вчера мы писали о доме в Малых Корелах, а сегодня о более известном памятнике архитектуры – Усадьбе Марии Тимофеевны Куницыной. Дом построен на перекрёстке Псковского проспекта и улицы Пинежской (ныне проспект Чумбарова-Лучинского и улица Серафимовича) в 1909 году.
В семье Марии Тимофеевны и Ивана Алексеевича Куницыных было пятеро детей. Более всего известна история дочери Зои.
Зоя Ивановна с началом войны записалась на курсы медсестёр. Теорию сдала, практику не смогла, а значит и в госпитале работу не получила. Пошла работать в штаб, где чертила карты для учений. После передислокации штаба, долго оставалась без работы, а значит и без продовольственной карточки. Но уже в декабре 1941 года ей повезло – пригласили на работу в Васьково на строительство аэродрома. Аэродром активно бомбили немцы.
Когда Зоя приехала в Васьково, у неё уже была дистрофия. Военврач не дал умереть, вылечил. Она работала чертёжником и дежурила на коммутаторе. На выходных ездила домой, возила сёстрам и брату сэкономленный хлеб. Зимой ездила домой на лыжах – это около 15 километров если считать напрямки. Когда авиационный полк улетел на запад, её пригласили работать на завод в Молотовск. Условия для черчения были тяжёлые: посреди цеха стояла стеклянная будка, которую отапливали раскалённой чугунной болванкой. От неё шёл тяжелый запах и было трудно дышать. Зоя делала чертежи деталей для станков, которые постоянно ломались. Принесут деталь, снимет размеры, сделает чертёж, по нему изготавливали новую деталь. Станки не должны были простаивать.
Страшнее всего были холод и цинга. За работу на заводе Зоя Ивановна была награждена грамотой. А после войны вернулась жить в дом на Псковском проспекте.
В семье Марии Тимофеевны и Ивана Алексеевича Куницыных было пятеро детей. Более всего известна история дочери Зои.
Зоя Ивановна с началом войны записалась на курсы медсестёр. Теорию сдала, практику не смогла, а значит и в госпитале работу не получила. Пошла работать в штаб, где чертила карты для учений. После передислокации штаба, долго оставалась без работы, а значит и без продовольственной карточки. Но уже в декабре 1941 года ей повезло – пригласили на работу в Васьково на строительство аэродрома. Аэродром активно бомбили немцы.
Когда Зоя приехала в Васьково, у неё уже была дистрофия. Военврач не дал умереть, вылечил. Она работала чертёжником и дежурила на коммутаторе. На выходных ездила домой, возила сёстрам и брату сэкономленный хлеб. Зимой ездила домой на лыжах – это около 15 километров если считать напрямки. Когда авиационный полк улетел на запад, её пригласили работать на завод в Молотовск. Условия для черчения были тяжёлые: посреди цеха стояла стеклянная будка, которую отапливали раскалённой чугунной болванкой. От неё шёл тяжелый запах и было трудно дышать. Зоя делала чертежи деталей для станков, которые постоянно ломались. Принесут деталь, снимет размеры, сделает чертёж, по нему изготавливали новую деталь. Станки не должны были простаивать.
Страшнее всего были холод и цинга. За работу на заводе Зоя Ивановна была награждена грамотой. А после войны вернулась жить в дом на Псковском проспекте.