31.10.2025 10:47
Эх, как же грустно порой, что не даю своим чадам наличные на карманные расходы!
Эх, как же грустно порой, что не даю своим чадам наличные на карманные расходы! Маруська и Тая уже давно обзавелись банковскими картами и стикерами на телефоны, как будто они не дети, а юные миллионеры. Я ведь карты регулярно пополняю, и девочкам, вероятно, кажется, что карты безлимитные. По крайней мере, Таисию в покупках не остановить. Пока возвращается из школы домой, я только и ловлю смски с её списаниями: то на сладенькое, то на подарочки, то на шаверму.
А грустно мне ещё от того, что нет в картах той душевности, когда ты протягиваешь купюры, а ребенок, как прирожденный финансист, мысленно их пересчитывает. Внутри трепет и надежда на сумму больше обычного! А с картами этими – ни тепла, ни радости.
Единственный в нашем доме, кто по-прежнему держит наличные, – это Митя. Его денежки лежат в копилке, спрятанной по его просьбе во взрослых вещах, подальше от сестер. Не доверяет! И периодически задаёт мне вопрос: «Пап, сколько у меня денег?» Я называю сумму, и вижу, как в его глазах начинается настоящая бухгалтерская свистопляска, как перед сдачей отчетности: что-то там долго считает, словно решает уравнение с несколькими неизвестными. Затем тяжело вздыхает и подытоживает: «На планшет пока не хватает...»
Я немного добавляю в копилку и убираю её обратно в потайное место, как будто это какой-то важный государственный секрет. Успокаиваю Митю: «Не торопись, сынок! Новый планшет будет обязательно. Всему своё время. А самому терпеливому достается всё!» Митя вроде бы кивает, но на лице у него без труда читается сомнение. Я быстро меняю тему, Митя отвлекается и на какое-то время забывает.
А грустно мне ещё от того, что нет в картах той душевности, когда ты протягиваешь купюры, а ребенок, как прирожденный финансист, мысленно их пересчитывает. Внутри трепет и надежда на сумму больше обычного! А с картами этими – ни тепла, ни радости.
Единственный в нашем доме, кто по-прежнему держит наличные, – это Митя. Его денежки лежат в копилке, спрятанной по его просьбе во взрослых вещах, подальше от сестер. Не доверяет! И периодически задаёт мне вопрос: «Пап, сколько у меня денег?» Я называю сумму, и вижу, как в его глазах начинается настоящая бухгалтерская свистопляска, как перед сдачей отчетности: что-то там долго считает, словно решает уравнение с несколькими неизвестными. Затем тяжело вздыхает и подытоживает: «На планшет пока не хватает...»
Я немного добавляю в копилку и убираю её обратно в потайное место, как будто это какой-то важный государственный секрет. Успокаиваю Митю: «Не торопись, сынок! Новый планшет будет обязательно. Всему своё время. А самому терпеливому достается всё!» Митя вроде бы кивает, но на лице у него без труда читается сомнение. Я быстро меняю тему, Митя отвлекается и на какое-то время забывает.