Этот парень в детстве обожал мороженое, особенно пломбир.

Этот парень в детстве обожал мороженое, особенно пломбир. И пронес, не растратив, эту любовь через всю жизнь, часто уплетая по пять-шесть порций за раз. Но за последние полгода, почему-то не съел ни штуки. Причину не понимает сам, хотя в зеркале давно уже отводит от себя взгляд. А еще он любил гематогенки из аптеки на Елизаровской, рыбий жир с черным хлебом и солью, и настоящие советские крабовые палочки. Причем, любил так, что бабушке в Новый год не хватало на салат, а купить их было негде. Повсюду в ту пору стояли очереди и на подобные вкусности был страшный дефицит.

В детстве этот мальчик давал клятву никогда в жизни не начинать пить и курить. И, конечно же, много раз нарушал её. Особенно в студенческом возрасте. Но мы это понимаем и не станем осуждать его. Ведь случился позже период полного самозапрета на всё, но мы и тут промолчим, так как не знаем, что было для человека лучше.

В новогоднюю ночь (где бы парень в эту ночь не находился), под звон курантов он загадывал одни и те же два свои сокровенные желания. Выдавать их не станем, скажем только: первое из них сбылось, второе, к большому сожалению, нет. И если сравнивать желания по важности, то сравнения такого не существует и вовсе – оба желания максимально важные для того человека. А вот для всего человечества важно только второе, которое, повторимся, увы, не сбылось.

Ещё паренек с юных лет мечтал встретить ту единственную девушку, с которой провел бы всю свою жизнь. Любил бы только эту девушку и создал с ней семью. Вариант побыть неделю, месяц, год или даже пять – его категорично не устраивал. И он действительно обрел свою половинку, но прежде, отдавая и не жалея душу и сердце, ему пришлось провести в поисках половину той самой жизни. Но он ни о чем не жалеет.

Этот человек никогда и никого не предавал. Обижал друзей и близких – да, некрасиво себя вел – бывало. Но это всё не специально и не со зла. А вот так, что бы предать, особенно из корысти – никогда. Но качество это, увы, по итогу оказалось невостребованным и для большинства не ценным, например, по сравнению с иными качествами, как умение идти по головам и прочим. Ну и пусть, ну и ладно. Тут каждому своё, повторяет он и продолжает жить так дальше.

Я все это наблюдал и осмысливал, пока бежала, неслась его жизнь. И сейчас я бы не взялся спорить с ним, тем более лет тридцать тому назад. И, видимо, поэтому, и тексты мои все одинаковые, и похожие на «Денискины рассказы». А сам я до сих пор там, где и должен был по логике оказаться, то есть, четко на своём, таком вот странном и непонятном для самого же себя месте.