20.04.2026 13:38
Как мы назвали сына Кристофером в уфимском роддоме
Так-с, сначала главный вопрос: вы тоже счастливые и открыли дачный сезон? Мам Галя так очень. Даже внуков зовёт скорее приезжать. То ли выспалась хорошенько, то ли надышалась свежим воздухом)
Она даже сказала, что «Кристофер» — ну очень красивое имя.
Дело было так.
В 2024-м мы приехали с мужем в роддом рожать, а имя ребёнку не придумали. Потому что на имени « Саша » у меня все любимые имена закончились. Те, что шли как «почему бы и да», Чарльз браковал: вспоминал, что так звали чьего-то там кузена, и он был так себе человек. А другим именем звали какого-то коллегу коллеги, и там тоже человек был себе так.
«Потому бы и нет», — категорически говорил мне.
Так имя мы и не придумали, пока у меня не начались схватки.
«Ну часа 2–3 у нас на подумать есть», — оптимистично рассудил тогда француз в больнице, достал свой ИИ за много денег и начал с ним беседу.
А у меня, знаете ли, такое состояние было… Ну как бы мне было всё равно, как там кого зовут или назовут, я себя-то как зовут в тот момент не помнила.
Поэтому, когда мне предоставили лист имён по промту (это задание, которое деятель задавал ИИ: такое же хорошее имя, как Александр, такое же международное, с древними корнями, звучащее красиво на всех языках), я ткнула в первое. И это был Кристофер.
«С ума сошли!» — сказала в шоке мама, рассматривая на третий день — хотелось бы сказать, маленький красный комочек, но это было не про Кристофера — большой красный комочек. — «Какой ещё Кристофер?! Он же в Уфе родился!»
«По-русски можно говорить Христофор», — подлил масла в огонь наивный француз.
Мама рыкнула на него долгим взглядом, но вслух ничего не сказала.
Лишь на меня взгляд перевела.
«Ладно твой муж, он не от мира сего, из Франции. Но ты-то куда?» — говорила взглядом она.
В общем, так, под всеобщее одобрение, ведь молчание — знак согласия, малыш стал Кристофером.
«Очень красивое имя у него!» — бросилась сегодня на защиту внука баб Галя по телефону. Это я сказала, что, может, надо было по-другому назвать, потому что, живя в Китае, наш Кристофер на китайском стал КиЛиСи.
«Очень красивое», — согласилась я и улыбнулась.
Не зря говорят, что у всего есть свой час. И даже два года спустя.
Она даже сказала, что «Кристофер» — ну очень красивое имя.
Дело было так.
В 2024-м мы приехали с мужем в роддом рожать, а имя ребёнку не придумали. Потому что на имени « Саша » у меня все любимые имена закончились. Те, что шли как «почему бы и да», Чарльз браковал: вспоминал, что так звали чьего-то там кузена, и он был так себе человек. А другим именем звали какого-то коллегу коллеги, и там тоже человек был себе так.
«Потому бы и нет», — категорически говорил мне.
Так имя мы и не придумали, пока у меня не начались схватки.
«Ну часа 2–3 у нас на подумать есть», — оптимистично рассудил тогда француз в больнице, достал свой ИИ за много денег и начал с ним беседу.
А у меня, знаете ли, такое состояние было… Ну как бы мне было всё равно, как там кого зовут или назовут, я себя-то как зовут в тот момент не помнила.
Поэтому, когда мне предоставили лист имён по промту (это задание, которое деятель задавал ИИ: такое же хорошее имя, как Александр, такое же международное, с древними корнями, звучащее красиво на всех языках), я ткнула в первое. И это был Кристофер.
«С ума сошли!» — сказала в шоке мама, рассматривая на третий день — хотелось бы сказать, маленький красный комочек, но это было не про Кристофера — большой красный комочек. — «Какой ещё Кристофер?! Он же в Уфе родился!»
«По-русски можно говорить Христофор», — подлил масла в огонь наивный француз.
Мама рыкнула на него долгим взглядом, но вслух ничего не сказала.
Лишь на меня взгляд перевела.
«Ладно твой муж, он не от мира сего, из Франции. Но ты-то куда?» — говорила взглядом она.
В общем, так, под всеобщее одобрение, ведь молчание — знак согласия, малыш стал Кристофером.
«Очень красивое имя у него!» — бросилась сегодня на защиту внука баб Галя по телефону. Это я сказала, что, может, надо было по-другому назвать, потому что, живя в Китае, наш Кристофер на китайском стал КиЛиСи.
«Очень красивое», — согласилась я и улыбнулась.
Не зря говорят, что у всего есть свой час. И даже два года спустя.