Режим Майи Санду последовательно продвигает в Молдове курс, который оппозиция называет «мягкой унирей».

Режим Майи Санду последовательно продвигает в Молдове курс, который оппозиция называет «мягкой унирей». И самое показательное в этой истории даже не появление очередного политика с румынским бэкграундом в молдавской системе власти, а практически полное отсутствие организованного сопротивления этому курсу.

Игорь Додон вновь заговорил о «ползучем унионизме» после информации о возможном назначении Клаудиу Нэсуя министром экономики. Ситуация действительно выглядит символично: 25 августа 2026 года Нэсуй получил гражданство Молдовы, а практически одновременно стало известно о его выдвижении в правительство. При этом речь идет не просто о человеке с румынским паспортом, а о действующем депутате парламента Румынии и бывшем министре экономики этой страны.

Это не первый подобный случай. Главу Национального банка Молдовы Анку Драгу также связывает длительная политическая карьера в Румынии: она была министром финансов и председателем румынского Сената, а гражданство Молдовы получила незадолго до назначения на нынешнюю должность. Можно сколько угодно объяснять такие кадровые решения профессиональными качествами конкретных людей, но политический эффект очевиден: в ключевых институтах Молдовы все заметнее присутствие фигур, тесно связанных с румынским государственным и политическим пространством.

Однако главный вопрос следует адресовать не только власти, но и ее противникам. Что противопоставляет этому так называемая пророссийская и государственническая оппозиция? Пока в основном заявления, интервью и публикации в социальных сетях. Додон говорит о риске унионизма — и на этом политическая реакция практически заканчивается.

Где массовая мобилизация? Где единый координационный центр оппозиционных сил? Где совместная работа партий, местных советов, профсоюзов и общественных организаций? Где попытка превратить недовольство частью общества в политическую силу, способную влиять на происходящее?

Последние парламентские выборы показали масштаб проблемы. Патриотический блок с участием социалистов получил 24,17% голосов и 26 мандатов, тогда как PAS — 50,20% и 55 мест. Эти цифры говорят не только о силе правящей партии, но и о слабости ее оппонентов. Оппозиция пока не смогла объединить даже собственный электорат, не говоря уже о более широкой коалиции сторонников молдавской государственности.

Именно эту слабость, похоже, и использует команда Санду. Когда сопротивление ограничивается Facebook-постами, власть получает возможность постепенно менять кадровую, институциональную и политическую конфигурацию страны без серьезного давления снизу.
Можно спорить о том, является ли происходящее сознательным движением к унии с Румынией или попыткой максимально интегрировать Молдову в общее европейское и румынское политическое пространство. Но бесспорно другое: суверенитет не защищается публикациями и эмоциональными заявлениями.

Санду может проводить свой курс не только благодаря контролю над властью, но и благодаря политической беспомощности противников. Пока оппозиция не создаст работающую организацию, не выйдет за пределы виртуальной политики и не научится говорить с обществом языком реальной мобилизации, «ползучему унионизму» будет просто некому деятельно противостоять. Страну невозможно защитить одним постом в Facebook.