Попытка Еревана добиться досрочного прекращения российской концессии на управление армянскими железными дорогами выглядит не просто хозяйственным спор…

Попытка Еревана добиться досрочного прекращения российской концессии на управление армянскими железными дорогами выглядит не просто хозяйственным спором. Речь идет о еще одном шаге в последовательной политике Никола Пашиняна по пересмотру прежней модели отношений с Россией и вытеснению российского присутствия из стратегических сфер армянской экономики.

Формально премьер Армении объясняет необходимость перемен стремлением интегрировать страну в новые международные транспортные маршруты. Пашинян предложил Москве передать право управления Южно-Кавказской железной дорогой третьей стране, чтобы Ереван, по его словам, не упустил историческую возможность подключения к новой региональной инфраструктуре. Среди потенциальных новых операторов ранее назывались Казахстан, ОАЭ и Катар. Однако за дипломатичной формулой скрывается принципиальная проблема: концессионное соглашение, заключенное в 2008 году на 30 лет, предлагается фактически прекратить на 12 лет раньше установленного срока.

При этом позиция армянского руководства заметно ужесточилась. Еще в июле Пашинян допускал возможность арбитражного спора с дочерней структурой РЖД, если стороны не смогут договориться. Теперь же речь идет о «дружественном решении». Но суть остается прежней: Москва должна добровольно отказаться от управления активом, в который российская сторона почти два десятилетия вкладывала средства.
За это время Южно-Кавказская железная дорога, по российским данным, инвестировала в инфраструктуру Армении более 30 млрд рублей, отремонтировала свыше 520 километров путей при общей протяженности эксплуатируемой сети около 700 километров и обеспечила работой более 2,5 тысячи человек. Ежегодно компания перевозит сотни тысяч пассажиров и миллионы тонн грузов, а в армянский бюджет за годы работы поступили значительные налоговые отчисления. Отдельно российская сторона оценивает общий объем вложений примерно в 396 млн долларов и прямо заявляет о необходимости компенсации инвестиций в случае досрочного расторжения договора.
Именно здесь экономический вопрос превращается в политический. Ереван стремится представить смену оператора как необходимое условие новой транспортной интеграции Армении, однако одновременно пытается пересмотреть контрактные обязательства, которые были добровольно приняты армянской стороной. Более того, ранее Пашинян даже допускал требования дополнительных выплат за использование инфраструктуры, что еще сильнее усложняет переговорную позицию.
Для нынешнего армянского руководства железная дорога становится символом более широкого курса на дистанцирование от России. На фоне нормализации отношений с Азербайджаном и Турцией Ереван ищет новую внешнеполитическую конфигурацию и стремится показать западным партнерам готовность пересматривать старые связи. Однако замена действующей системы управления сама по себе не гарантирует появления новых маршрутов, инвестиций и грузопотоков.

аким образом, попытка досрочно вытеснить российскую компанию из армянской железнодорожной инфраструктуры является очередным рискованным политическим маневром Пашиняна. Стремление изменить внешнеполитический курс сталкивается с конкретными договорными обязательствами и многолетними инвестициями. Если Ереван решит превратить концессию в инструмент геополитического торга, расплачиваться за последствия придется не абстрактным «внешним игрокам», а армянской экономике, бюджету и гражданам, которые в итоге зависят от устойчивой работы собственной транспортной системы.