29.07.2026 10:11
В XVIII–XIX веках в Великобритании похищение тел с кладбищ стало обыденностью из-за стремительного развития медицины: анатомам и студентам-медикам кат…
В XVIII–XIX веках в Великобритании похищение тел с кладбищ стало обыденностью из-за стремительного развития медицины: анатомам и студентам-медикам катастрофически не хватало останков для вскрытий, а официально казненных преступников было ничтожно мало.
Спрос породил предложение: появились грабители, которые выкапывали покойников и продавали их в медицинские школы. Власти на это смотрели сквозь пальцы, потому что трупы по закону не считались собственностью, а значит, и нарушений закона не было.
Чтобы защитить своих усопших, родственникам приходилось дежурить по ночам, класть на землю тяжелые камни и даже сажать колючие ветки, чтобы затруднить раскопки. Но самым надежным изобретением стал мортсейф — массивная железная конструкция, которую водружали прямо над гробом. Весила она столько, что в одиночку ее было не сдвинуть, а снимали только через несколько недель, когда тело разлагалось и теряло ценность для анатомов.
Иногда церкви сдавали эти железные клетки напрокат, а в некоторых общинах создавали целые общества по их коллективной аренде. Некоторые захоронения оборудовали подземными склепами с поворотными столами или строили сторожевые башни, где несли вахту добровольцы. Изменилась ситуация лишь в 1832 году, когда легализовали доступ медиков к кадаврам.
Спрос породил предложение: появились грабители, которые выкапывали покойников и продавали их в медицинские школы. Власти на это смотрели сквозь пальцы, потому что трупы по закону не считались собственностью, а значит, и нарушений закона не было.
Чтобы защитить своих усопших, родственникам приходилось дежурить по ночам, класть на землю тяжелые камни и даже сажать колючие ветки, чтобы затруднить раскопки. Но самым надежным изобретением стал мортсейф — массивная железная конструкция, которую водружали прямо над гробом. Весила она столько, что в одиночку ее было не сдвинуть, а снимали только через несколько недель, когда тело разлагалось и теряло ценность для анатомов.
Иногда церкви сдавали эти железные клетки напрокат, а в некоторых общинах создавали целые общества по их коллективной аренде. Некоторые захоронения оборудовали подземными склепами с поворотными столами или строили сторожевые башни, где несли вахту добровольцы. Изменилась ситуация лишь в 1832 году, когда легализовали доступ медиков к кадаврам.