07.04.2026 18:51
«Я заплачу, только сыграй мою дочь», — богач нанял уличную продавщицу, но онемел, увидев на ней кулон своей пропавшей невесты Смартфон отлетел на пасс…
«Я заплачу, только сыграй мою дочь», — богач нанял уличную продавщицу, но онемел, увидев на ней кулон своей пропавшей невесты
Смартфон отлетел на пассажирское сиденье. Максим с такой силой вцепился в кожаный руль внедорожника, что пальцы свело от напряжения.
— Вы издеваетесь? — процедил он в микрофон громкой связи.
— Максим Андреевич, я лишь передаю условия, — голос помощника из динамиков звучал виновато. — Японские инвесторы согласны подписать контракт на строительство жилого комплекса. Но генеральный директор — человек старой закалки. В пятницу он устраивает закрытый ужин в загородном клубе. Только для партнеров с семьями. Он прямо сказал: мы доверяем такие бюджеты исключительно людям с крепким тылом. Жены, дети.
— Замечательно. И где я тебе за три дня возьму этот тыл? Я в разводе семь лет, детей нет. Мне актрису из массовки нанять?
— Если найдете ту, которая не проболтается — почему нет? Дочь-студентка — идеальный вариант, никто не будет задавать лишних вопросов.
Максим нажал кнопку отбоя. Контракт, ради которого он жил и не спал последние три года, висел на волоске из-за чужих консервативных причуд. За окном бушевала февральская метель. Видимость на трассе упала до нескольких метров, и внедорожник медленно полз сквозь белую пелену.
Возле покосившейся бетонной остановки Максим притормозил. На ветру, кутаясь в тонкий синтепоновый пуховик, стояла девушка. Перед ней на перевернутом деревянном ящике выстроились стеклянные банки с медом и стопки вязаных шерстяных носков. Девушка переступала с ноги на ногу по хрустящему снегу и дышала на голые, красные от мороза ладони.
В салоне машины царило тепло, мягко дул климат-контроль, пахло дорогим пластиком и свежим эспрессо. Максим посмотрел на сжавшуюся фигурку за стеклом. Что-то заставило его перевести селектор коробки передач в режим парковки. Ледяной ветер ударил в лицо, как только он открыл дверь.
— Девушка, давайте я заберу всё, — громко сказал он, перекрикивая гул метели.
Она вскинула голову. Из-под намотанного шарфа на него смотрели огромные, прозрачно-серые глаза. На вид ей было не больше двадцати.
— Прямо всё? — ее голос дрогнул. — Но тут банок восемь… И носков десять пар.
— Моим строителям на объектах не помешает. Пакуйте.
Пока она непослушными, негнущимися пальцами складывала банки в пакет, Максим внимательно разглядывал ее. Упрямый подбородок, тонкий нос. Никакого искусственного лоска, накачанных губ или нарощенных ресниц, к которым он так привык в своем столичном окружении. Живое, настоящее лицо.
— Послушай, — внезапно сказал мужчина, доставая бумажник. — У меня есть к тебе деловое предложение. Мне нужно появиться на одном важном ужине с семьей. А дочери у меня нет. Я заплачу, только сыграй мою дочь. На один вечер.
Девушка отступила на шаг, едва не выронив банку с медом.
— Вы в своем уме? Я никуда с вами не поеду.
— Я застройщик, — Максим протянул ей визитку из плотного картона с тиснением. — Никакого криминала. Ужин в элитном ресторане. Пара часов вежливых бесед с иностранцами. Мне жизненно необходим этот договор. А тебе, судя по тому, что ты стоишь в буран на трассе, нужны деньги. Назови любую адекватную сумму.
Она опустила взгляд на визитку.
— У моей тети неизлечимая болезнь. Ей нужны дорогие медикаменты, мы не тянем.
— Я оплачу полный курс. Как тебя зовут?
— Яна.
— Договорились, Яна. Завтра едем выбирать тебе гардероб. В этой куртке тебя дальше охраны не пустят.
На следующий день они встретились в торговом центре. Яна чувствовала себя неуютно
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ
Смартфон отлетел на пассажирское сиденье. Максим с такой силой вцепился в кожаный руль внедорожника, что пальцы свело от напряжения.
— Вы издеваетесь? — процедил он в микрофон громкой связи.
— Максим Андреевич, я лишь передаю условия, — голос помощника из динамиков звучал виновато. — Японские инвесторы согласны подписать контракт на строительство жилого комплекса. Но генеральный директор — человек старой закалки. В пятницу он устраивает закрытый ужин в загородном клубе. Только для партнеров с семьями. Он прямо сказал: мы доверяем такие бюджеты исключительно людям с крепким тылом. Жены, дети.
— Замечательно. И где я тебе за три дня возьму этот тыл? Я в разводе семь лет, детей нет. Мне актрису из массовки нанять?
— Если найдете ту, которая не проболтается — почему нет? Дочь-студентка — идеальный вариант, никто не будет задавать лишних вопросов.
Максим нажал кнопку отбоя. Контракт, ради которого он жил и не спал последние три года, висел на волоске из-за чужих консервативных причуд. За окном бушевала февральская метель. Видимость на трассе упала до нескольких метров, и внедорожник медленно полз сквозь белую пелену.
Возле покосившейся бетонной остановки Максим притормозил. На ветру, кутаясь в тонкий синтепоновый пуховик, стояла девушка. Перед ней на перевернутом деревянном ящике выстроились стеклянные банки с медом и стопки вязаных шерстяных носков. Девушка переступала с ноги на ногу по хрустящему снегу и дышала на голые, красные от мороза ладони.
В салоне машины царило тепло, мягко дул климат-контроль, пахло дорогим пластиком и свежим эспрессо. Максим посмотрел на сжавшуюся фигурку за стеклом. Что-то заставило его перевести селектор коробки передач в режим парковки. Ледяной ветер ударил в лицо, как только он открыл дверь.
— Девушка, давайте я заберу всё, — громко сказал он, перекрикивая гул метели.
Она вскинула голову. Из-под намотанного шарфа на него смотрели огромные, прозрачно-серые глаза. На вид ей было не больше двадцати.
— Прямо всё? — ее голос дрогнул. — Но тут банок восемь… И носков десять пар.
— Моим строителям на объектах не помешает. Пакуйте.
Пока она непослушными, негнущимися пальцами складывала банки в пакет, Максим внимательно разглядывал ее. Упрямый подбородок, тонкий нос. Никакого искусственного лоска, накачанных губ или нарощенных ресниц, к которым он так привык в своем столичном окружении. Живое, настоящее лицо.
— Послушай, — внезапно сказал мужчина, доставая бумажник. — У меня есть к тебе деловое предложение. Мне нужно появиться на одном важном ужине с семьей. А дочери у меня нет. Я заплачу, только сыграй мою дочь. На один вечер.
Девушка отступила на шаг, едва не выронив банку с медом.
— Вы в своем уме? Я никуда с вами не поеду.
— Я застройщик, — Максим протянул ей визитку из плотного картона с тиснением. — Никакого криминала. Ужин в элитном ресторане. Пара часов вежливых бесед с иностранцами. Мне жизненно необходим этот договор. А тебе, судя по тому, что ты стоишь в буран на трассе, нужны деньги. Назови любую адекватную сумму.
Она опустила взгляд на визитку.
— У моей тети неизлечимая болезнь. Ей нужны дорогие медикаменты, мы не тянем.
— Я оплачу полный курс. Как тебя зовут?
— Яна.
— Договорились, Яна. Завтра едем выбирать тебе гардероб. В этой куртке тебя дальше охраны не пустят.
На следующий день они встретились в торговом центре. Яна чувствовала себя неуютно
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ