Иван просит прощения: семейная жизнь после возвращения

- Тая, прости меня, - сел он с нею рядом, когда она свалилась на подушку и подняла ноги на постель. - Прости, родная! Мне не жить без вас, уже не смогу.
- Куда ты от нас денешься, - улыбаясь сквозь сон, ответила она, - придётся любить тебя такого.
Иван укрыл её пледом, прилёг рядом и обнял покрепче, так бы целую вечность рядом с любимой женщиной.
Дети пережили возвращение в родные пенаты безболезненно, но шумно. Евгении было очень тесно в квартире, несколько дней после переезда она вставал у входной двери и просилась на улицу во двор, там же должен быть двор! За дверью. Но теперь приходилось долго одеваться и тщательно собираться, мало ли что может на улице понадобиться, а потом спускаться по лестнице на первый этаж. Двор тут был, огромный, почти необъятный для детских глазок, площадка детская, качели, но мама не отходила от неё, и не везде можно гулять. Машины даже днём мотались по дороге.
Привыкла и Женя.
А Джеку было абсолютно всё равно где гулять по утрам и вечерам, на кого лаять и на каком ковре вертеться за своим хвостом, пытаясь его ухватить зубами.
Все уже привыкли, влились в новый старый ритм, один Иван не мог. Он мог просидеть в квартире день, а то и два, не выходя на улицу. Телефон его молчал, он снова сменил симкарту. Таисия не спрашивала пока, чего он ждёт, вдруг это депрессия и она сделает только хуже. Но время шло, средства заканчивались, а Иван сидел целыми днями дома.
- Прав был отец! Эти Иваны... несемейные они! нельзя с такими связываться, - напоминала Раиса дочери, почти каждый раз, когда звонила и слышала, что Иван дома, нигде не работает. Я, кажется, начинаю понимать сватью.
- Мама, - Тая просила не давить на неё.
- Поставь ему условие! Он так и будет сидеть сложа руки?
- Он не сидит, он помогает мне с Женей и дома много переделал.
- Довыпендривался.
- Ты так восхищалась им, мама. Малейшая ошибка и ты готова катком по нему проехаться.
- Ну а что? Взял на себя ответственность - тяни!
- Перестань, мам, мы вместе должны выбираться из этого.
- Ага, стащил вас на самое дно.
- Мам! Какое дно?! Мы домой вернулись, - спрашивала у неё Тая, глядя на дочку в песочнице во дворе, на окна своей квартиры. - Если по курортам не возит, всё? Гнать в шею?
- Кто там возил? Кто возил? Всё пыль! Пыль была в глаза. Подумаешь, Абхазия да пара баз отдыха... Мы с отцом...
- Вы с папой стали ездить, когда я учиться пошла в универ, а сейчас папу не вытянешь. Иван - мой муж, и я буду его любить! Мне с ним жить.
- Подожди, это первая реакция. Раньше его дома не поймаешь, а теперь всегда рядом, под бочком, ты ещё на себя взвали всё семейство. Скоро... - зловещим голосом продолжала Раиса.
- Мам, больше не хочу слушать! Мне Нины Андреевны хватило в своё время.
И вдруг вспомнила, про сумку, про фотографии.
- Не приезжают? Не звонят?
- Нет.
- С родителями вас рассорил.
Таисии очень хотелось поскорее отделаться от мамы, она готова была со всем согласиться, только бы она положила трубку, ей надо домой.
- Всё мам, давай, - первой решилась на это Тая. - Приезжайте в выходные. У Женечки день рождение.
Раиса пожужжала ещё немного, как раньше по кафе и ресторанам семья ходила, а теперь в квартире всем толкаться. Тая не могла больше слушать - отключилась. Взяла дочку на руки, пошла домой. Иван будто в окно за ними наблюдал, сбежал по лестнице вниз почти до первого этажа, забрал у жены свою малышку и понёс наверх, издавая звуки и качая её в разные стороны, как будто на самолёте летят. И всё же Таисия их опередила. Она уже рылась в шкафу в прихожей, Иван только раздевал дочку, войдя. Тая пошла в спальню и там устроила обыск.
- Что ты ищешь? - заглянул к ней Иван.
- Сумку, - рылась она там, как муравей по пояс провалившись внутрь шкафа. - Моя сумка такая... хотела тебе кое-что показать, спросить.
- Чёрная?
- Да, - не унималась она.
- Больше на мешок похожая?
- Перестань, мне её Рома дарил это натуральная кожа, - говорила она в шкаф, а не мужу. - Удобнее не найти. Да где же она?
- Я её выкинул.