07.05.2026 16:48
Она истерично рассмеялась, запрокинув голову, его совсем расплющило.
Она истерично рассмеялась, запрокинув голову, его совсем расплющило. Элина внезапно успокоилась, будто не плакала и не жаловалась чужому мужчине ни на что.
- Так заметно? – присела она к Илье, - у него там баба, он не первый год с ней… Он так стремился к повышению, к тому чтобы его перевели в другой филиал, нас зовёт постоянно, но… это ширма.
Она как девочка сидела на краю дивана и мяла изящными тонкими пальцами край кофточки от домашнего костюма, выговаривая свою боль. Илья встал, хотел уйти, Элина схватила его за руку, она не отпустила его…
Когда всё закончилось, прямо здесь на диване в гостиной, Эля, поправляя кофточку не теле, осознала, что она без бюстгальтера, начала его искать между подушек по дивану.
- Это ничего не значит, – сухо, почти с отвращением произнесла она, - просто ему назло! Ты последний мужчина, с кем бы я хотела… Короче, вали!
- Ты сейчас не в себе, всех ненавидишь.
- Слышь психолог, вали! – крикнула она и указала на дверь, - и мне плевать, скажешь ты жене или нет! Много лет не общались, столько же не будем - переживу, - опять нервически рассмеялась она.
Илья ушёл, его не оскорбили, не унизили слова Элины, они мгновенно вылетели у него из головы, он помнил лишь, то, что было ранее. На улице, у подъезда, глядя на свой дом, на окна своей квартиры – там сейчас жена и дочь, он остро ощутил запах чужой женщины! Её кожи, волос, духов, ему нельзя так домой. Он побродил по безлюдной округе, зашёл в супермаркет, взял бутылку пива и выпил залпом – горькое, вонючее, дешёвое, это вернуло его в обычное ущербное состояние и добавило смелости. Хозяин поплёлся домой к жене.
- Так заметно? – присела она к Илье, - у него там баба, он не первый год с ней… Он так стремился к повышению, к тому чтобы его перевели в другой филиал, нас зовёт постоянно, но… это ширма.
Она как девочка сидела на краю дивана и мяла изящными тонкими пальцами край кофточки от домашнего костюма, выговаривая свою боль. Илья встал, хотел уйти, Элина схватила его за руку, она не отпустила его…
Когда всё закончилось, прямо здесь на диване в гостиной, Эля, поправляя кофточку не теле, осознала, что она без бюстгальтера, начала его искать между подушек по дивану.
- Это ничего не значит, – сухо, почти с отвращением произнесла она, - просто ему назло! Ты последний мужчина, с кем бы я хотела… Короче, вали!
- Ты сейчас не в себе, всех ненавидишь.
- Слышь психолог, вали! – крикнула она и указала на дверь, - и мне плевать, скажешь ты жене или нет! Много лет не общались, столько же не будем - переживу, - опять нервически рассмеялась она.
Илья ушёл, его не оскорбили, не унизили слова Элины, они мгновенно вылетели у него из головы, он помнил лишь, то, что было ранее. На улице, у подъезда, глядя на свой дом, на окна своей квартиры – там сейчас жена и дочь, он остро ощутил запах чужой женщины! Её кожи, волос, духов, ему нельзя так домой. Он побродил по безлюдной округе, зашёл в супермаркет, взял бутылку пива и выпил залпом – горькое, вонючее, дешёвое, это вернуло его в обычное ущербное состояние и добавило смелости. Хозяин поплёлся домой к жене.