Если бы он только знал, если бы знал… Но никто не знал, что это не все неприятности.

Если бы он только знал, если бы знал… Но никто не знал, что это не все неприятности. Пришла беда – отворяй ворота.

- Саш, ты только учёбу не бросай, - попросил Сергей, - тебя это отвлечёт. Мама твоя чуть отойдёт и примет правильное решение, - гладил он её по волосам. Он мечтал об этом, вот так касаться её прекрасных волос, но не при таких обстоятельствах.

- Ты слишком наивен, ты из другого мира.

- Возможно, но сделаю для тебя всё, - храбрился Сергей, - ты только держись не совершай глупостей.

Перевёлся на заочный Сергей, он устроился на работу, а Александра осталась в институте. Ходила как зомби, сидела на парах, слушала лекции, теперь она как все, только шмотки дорогие. Студенты в группе поначалу перешёптывались, многие жалели её, некоторые радовались: спустило с небес на землю! А потом перестали обращать внимание, у них-то жизнь продолжается, кипит и бурлит.

И помогло, действительно помогло, отвлекало, пока фамилию и имя отца не стали трепать в СМИ. Возбудили уголовное дело, нашли несколько подставных компаний, задолженность по налогам, искали связь и находили! С давними незаконными делами в городе, якобы он замешан. На неживого человека как с цепи сорвались, но ведь есть и живые, они были с ним рядом, они и сейчас есть.

Жена и дочь не верили во всю эту грязь, но что толку, машина запущена, компанию, которую Александр Фёдорович создал с нуля надо уничтожить или передать в «добросовестные» руки. У подрядчика всё-таки остались незавершённые контракты и обязательства перед заказчиками, так что работа кипела.

Александра подружилась с Сергеем, это был единственный человек, после мамы с кем она могла говорить, спросить, поплакаться. У него была холодная голова, он рассуждал порою безжалостно, не жалея несчастную Сашу, но говорил правду.

- Саш, пока не добрались до твоей квартиры и машины, надо их продать. Кристине Сергеевне сейчас понадобится лечение.

- Ты что? А жить мы где будем?

- Я что-нибудь придумаю, надо потерпеть. Ты, главное, маму уговори на химиотерапию.

- Ты посмотри на него - Робин Гуд, - издевалась над ним Саша. – Тебе оно надо?! Зачем я тебе?

- Нужна.

- А как же твоё второе высшее?

- Не убежит. Саш, я не могу помочь деньгами, у моей семьи нет таких денег, но ты сама можешь…

- Да, понимаю я всё, – злилась она от собственного бездействия. – Мне страшно, мне очень страшно. Всю жизнь за меня, за нас с мамой всё делал отец, а теперь…

- Вот о матери и подумай, квартиру и машину всегда купить можно.

Квартиру они продать уже не могли, на неё наложили арест, оставалась только её и мамина машина. Мама легла в областной онкоцентр на первый курс терапии, Саша съехала на съёмную квартиру, в обычную двухкомнатную хрущёвку, на последнем этаже, правда, с приличным ремонтом. Она не ныла, что потеряла всё, но рыдала в подушку по ночам, вспоминая отца и лучшие моменты детства.

За квартиру платил Сергей, он настоял на том, чтобы деньги от продажи машин Саша тратила только на лечение матери, он сомневался, хватит ли этого. Дальние родственники с папиной и с маминой стороны, всё время поддерживали Сашу, но по телефону. Деньгами тоже были готовы помочь, но у дяди всё до копейки было вложено в его маленькую станцию ТО. У двоюродной тёти из деревни, своих студентов двое, им Александр Фёдорович помог поступить в своё время. Поэтому их мама перевела деньги, что было, продала что-то из хозяйства. Бабушка хотела остаться после похорон сына, но у неё там дом, огород, впрочем, дом она хотела потом продать, чтобы помочь снохе и внучке, Саша не позволила.

- У нас теперь ничего нет, давай, и ты без крыши над головой останешься.

Убедила. Когда всё наладится, и мама поправится, они переберутся к ней.

Саша вроде бы и повзрослела в один миг, жизнь заставила. Стала серьёзнее, больше не порхала по учебному заведению как блаженная, а смешивалась с толпой, ничем не выделяясь. Жила скромнее, и это её не угнетало, ухаживала за мамой, сначала в больнице, потом дома, затем опять в больнице и так бесконечно. Но иногда срывалась, поверить